Вдруг на дорожке сквера появилась парочка молодых людей, они увлеченно выясняли отношения по-итальянски, то есть громко скандалили, энергично жестикулировали, не обращая ни на кого внимания. Да еще девушка в алом плаще двинула Аню плечом, вежливо извинилась, игриво улыбнувшись «ну вы же сами понимаете», и продолжила баталию. В голове Ани проскочила искра раздражения, а может и легкой зависти, и вместо ожидаемой вспышки вдохновения получила она удар невидимой молнии по виртуальному холсту, он треснул, разодрался пополам, а из неприятно-тёмной трещины сами собой всплыли сначала обрывки слов, потом кадры чьего-то фильма. В результате, архитектурные формы продолжили плавание в некотором отдалении, а на их расплывчатом фоне появилось весьма симпатичное пространство, залитое солнечным светом, в котором вполне комфортно себя ощущали необычные видом душистые цветы, раскидистые деревья, кудрявые кусты и шелковистая упругая трава под ногами. Сердце девушки затрепетало в предчувствии чего-то очень доброго, что должно произойти прямо сейчас, немедленно и обязательно.
И тут из-под лиан огромного дерева, напоминающего плакучую иву, вышел мужчина. Их с Аней разделял серебристый туман, ароматный и приятно-прохладный, сквозь его мягкие волны они шли навстречу друг другу, сближаясь очень медленно. Ей даже показалось, что они иногда отдалялись, будто невидимая сила препятствовала их встрече. Наконец, прозвучал мужской голос:
− Аня, знаешь, а ведь всё у меня случилось именно так, как ты напророчила.
− Надеюсь, ты не винишь меня в случившемся?
− Нет, что ты! Я тебе даже благодарен, ты меня подготовила к этому… гм, происшествию, поэтому и перенес удар судьбы на удивление спокойно.
− А что супруга? Она тебе ничего плохого не сделала? Ты не пострадал?
− О, что ты! Она была так счастлива со «свежим другом», что освободиться от брака со мной для нее было только в радость. К тому же новый муж оказался человеком весьма обеспеченным, с несчастливым браком за плечами, так что он обещал устроить их совместную жизнь на должном уровне. У них все нормально.
− Слава Богу, а то я боялась, что вернешься домой к закрытой двери с новым замком, и станешь бездомным и несчастным. Так что молилась я только об этом, чтобы они тебя не обидели.
− Честно сказать, я сам удивился и даже обрадовался, что так все прошло. Ну да ладно об этом. Ты-то как, моя пророчица? Не наломала там дров в обиде на меня?
− Да, могла ведь! Но опять же, у меня так все устроилось, что свободной минутки не было на разные там романчики. Не думала, что работа настолько меня увлечет и понравится. Знаешь, это очень приятно создавать красоту и дарить ее людям.
− Да ты же вроде всю жизнь этим занималась.
− Все-таки не в таких масштабах. А вообще-то да… Только картины меня интересовали, пока я их писала, а как сниму с мольберта и отставлю в сторону, так и забывала, будто они никому и не нужны. Наверное это от сомнения… в том, что они вообще кому-то нужны. В конце концов, это на сегодня лишь развлечение или, скажем, элемент престижа.
− О, мне эти сомнения очень хорошо знакомы! Сам терзаюсь, сам мучаюсь… Но как говорят умные люди − это как раз и является свидетельством того, что «не от человеков сие было».
− Да, да, я и сама это слышала и от бабушки, и от учителя своего Назара и даже от нашего священника отца Георгия. Только все равно картины, покрытые пылью – это одно, а огромные здания, в которых живут люди – совсем другое.
Пока продолжался разговор, они сблизились настолько, что стало возможным разглядеть черты лица и даже глаза.
− А глаза у тебя, Игорь, на самом деле серые.
− Я бы сказал, цвета закаленной стали. А какое это имеет значение?
− Так ты же мой Сероглазый Король! Помнишь, из Ахматовой?
− Ах, это все ваши девичьи мечты!
− Ну да, девичьи, и да − мечты. Но как видишь, они становятся реальностью.