Казалось, нечего было опасаться. Девушки перестали прятаться и пошли по обочине шоссе. Эта неосторожность едва не погубила их.
Из-за поворота появились два мотоциклиста, свет фар ударил в глаза. Клава охнула от неожиданности и упала на землю. Зоя рядом. Мотоциклисты ехали быстро и, видимо, не смотрели по сторонам. Не заметив партизанок, они промчались мимо в нескольких метрах от них.
Девушки отползли за деревья.
— Испугалась я, — шепнула Клава.
— А я чуть не выстрелила. Едва удержалась, вспомнила — нельзя!
— Давай условимся, Зоя, живыми в руки не дадимся.
— Конечно!
— В случае чего — сами себя…
Дальше девушки двигались вдоль дороги перебежками. Земля была покрыта опавшей листвой. Ползти было трудно. Шорох листвы казался очень громким, заглушал другие звуки. Приходилось останавливаться и слушать: не донесется ли издалека гудение мотора.
Худенькая Зоя перебегала легко и быстро. Клаве приходилось труднее. Ей было жарко, на лбу выступил пот, лицо горело. Но она не отставала, не выпуская Зою из виду.
Продвинувшись вдоль шоссе километра на два и не обнаружив фашистов, девушки отошли в лес и вернулись к своей группе.
— Путь свободен, — доложила Зоя.
— Пошли, — скомандовал командир.
Партизаны хорошо знали свои обязанности. Парни разбились на пары и начали устанавливать на дороге шоссейные мины. Четыре девушки заняли места в боевом охранении. Наступил самый ответственный момент: успеют ли ребята поставить мины, пока на дороге нет гитлеровцев?
Томительно тянулись минуты. Далеко-далеко послышалось гудение. Зоя насторожилась, тронула Клаву.
— Машины?
— Да! — помедлив отозвалась та. — Бежим, предупредим наших.
— Не спеши. Еще несколько минут. А то занервничают ребята.
Гул машин нарастал. Предупредив минеров, девушки бросились вместе с ними в лес.
— Все поставили? — спросила Зоя.
— Несколько штук не успели… Ничего, и этих хватит!
Пробежав метров триста, остановились. Машины были совсем близко. Моторы их гудели с надрывом, на высокой ноте. Чувствовалось, что машины тяжело нагружены. Зоя, сцепив пальцы рук и подавшись вперед, ждала…
«Ну, скорей! — мысленно торопила она. — А вдруг не взорвутся…»
Яркая вспышка осветила все вокруг, выхватила из темноты людей, кусты и деревья. На миг увидела Зоя лицо Клавы, бледное, с широко открытыми глазами; к щеке прилип желтый березовый листик.
Вспышка погасла, и тотчас сильный, гулкий взрыв раскатился по лесу.
— Вот это здорово! Это здорово! — восторженно шепнула Зоя.
Снова блеснула вспышка и грянул взрыв. И еще раз.
Потом стало очень тихо. Все ждали: что же будет дальше? Никто не решался двинуться, переступить с ноги на ногу, боясь нарушить тишину.
Со стороны шоссе донесся какой-то крик, раздался выстрел, потом второй. Затрещали автоматы.
— Салютуют нам, — засмеялся командир группы. — Ну, пусть на здоровье патроны жгут, не будем мешать им. За мной, товарищи.
Когда дорога осталась далеко позади, остановились передохнуть. Ребята закурили. Разговаривали шепотом, делясь впечатлениями.
— Как ты думаешь, что там было? — спросила Зоя. — Машины с пехотой? Или с оружием?
— Может быть, даже танки, — ответила Клава.
— Вот хорошо бы. Надо сходить туда, посмотреть.
— Дядя Миша не пустит. Риск.
— А жаль. Интересно бы среди дня.
Рассвет застал группу в зарослях орешника неподалеку от деревни Ново-Васильевской. Пока разведчики выясняли, нет ли там немцев, можно ли там отдохнуть, Клава и Зоя притулились на кочке, подстелив елового лапника. Очень низко, почти цепляясь за вершины деревьев, ползли серые, тяжелые тучи. Несколько раз начинал сыпать снег.
— Намерзнемся мы сегодня, — поежилась Зоя.
Подошел командир. Сказал громко, торжественно:
— Поздравляю вас, товарищи, с большим праздником! С годовщиной Великой Октябрьской революции!
— Ой, нынче же Седьмое ноября! — вскочила Зоя. Все заговорили, перебивая друг друга.
— Хороший подарочек преподнесли мы гитлеровцам!
— Да уж, почешутся!
— У нас дома пельмени, наверно…
— А они-то грозились парад в Москве устроить!
— Как там сегодня? — вслух подумала Зоя. — А, Михаил Николаевич?
— Как обычно, — ответил он.
— И демонстрация будет?
— Вполне возможно.
— А немецкие самолеты? — забеспокоилась Клава.
— Не допустят их. Да и погода вроде нелетная, — ответила Зоя.