— Нужно смотреть на звезды, да? — он словно спрашивал инструкцию по применению какого-то сложного прибора.
— Ну да, — смущенно улыбнулась я и протянула ему один из своих наушников. — Еще музыка. Это очень важный элемент.
— О, правда? — он вставил его в ухо и вздохнул.
Я осторожно легла рядом и тоже посмотрела на небо. Однако расслабиться я уже не смогла.
— Ты приехал к Виктору? — спросила я.
— Мгу… — протянул он.
— Я думала, они сегодня уже не вернутся сюда, — удивилась я.
Он перевел на меня взгляд.
Странно и волнующе лежать вот так рядом с Себастьяном.
— А я даже не предполагал, что их не будет здесь.
Я удивленно вскинула брови.
— Они не кажутся тебе странными? Словно что-то затеяли? — тем временем спросил он.
— Я их не знала другими, — я пожала плечами, — для меня они такие же, как и две недели назад.
— Вот и я о том же, — задумчиво пробормотал он. — Как поживает твое творчество?
— Очень хорошо, — я не сдержала улыбку. — Сегодня улучшение в моих работах отметил очень уважаемый учитель — месье Эмпе. Сказал, что в моих рисунках появляются чувства.
Наши глаза снова встретились.
— Циско Эмпе? — уточнил Себастьян. — Я с удовольствием присутствовал на многих выставках его произведений. Поздравляю тебя!
Разве можно не смотреть на этого мужчину?
— Пастели, которые ты подарил, просто волшебны. Спасибо тебе, Себастьян.
— Пустяки! — непринужденно ответил он.
Как заставить себя отвести взгляд от его золотистых глаз в окружении черных и пушистых ресниц? Перестать наслаждаться их блеском и многогранным переходом оттенков?
— Что это за музыка? — почти прошептал он.
— Это шотландский композитор, «Fox Amoore», — пояснила я.
Себастьян вводил меня в смущение своим молчанием и взглядом.
— Откуда ты такая, Зоя? — неожиданно спросил он.
Я не сразу нашлась, что ответить:
— Из Болгарии…
Он хмыкнул.
— Бывал пару раз, — его взгляд медленно изучал мое лицо. — У вас красивые закаты.
Глаза Себастьяна на секунду замерли на моих губах, и мое дыхание неосознанно прекратилось. Он поднял взгляд, и я смогла ответить:
— Мне больше нравятся рассветы.
Его губы растянулись в усмешке, а в хмуром взгляде появилось нечто похожее на обвинение. Я, видимо, что-то не так сказала. Это явно! Вот если бы понять, что именно.
— Я пойду, приготовлю чай, пока ты ждешь Виктора, — желание сбежать от него казалось непреодолимым, и я нехотя ему поддалась.
— Спасибо, — странным голосом произнес он, но я уже устремилась внутрь дома.
Глава 11
У каждого свои кошмары
Я отправилась на кухню и отчаянно пыталась взять свои эмоции под контроль.
Нужно прекращать рисовать его, пока окончательно не влюбилась! Но почему же так сложно отказать себе в этом?!
Заканчивая приготовления чая, я услышала его шаги в гостиной.
Во мне горели два сильных желания. Они, словно костры, взметали искры вверх, соревнуясь между собой силой моих желаний: чтобы он ушел или чтобы остался.
Осознав, что попытки погасить чувственный ураган из-за Себастьяна потерпели фиаско, я вышла из кухни. Но так и застыла с подносом в руках, увидев сидящего на диване Себастьяна и разглядывающего мои рисунки в альбоме. Тайном альбоме моего вдохновения.
О ужас!
— Это же я, — констатировал он, удивленно поднимая на меня глаза, которые отнимали способность трезво мыслить.
Он держал в руке лист со своим портретом, на котором я изобразила его в полуобороте и в черном деловом костюме. Я ринулась к Эскаланту и быстро поставила поднос на столик, чуть не расплескав на себя кипяток.
— Себастьян, это личное! — я попыталась забрать альбом.
Но он ловко увернулся и уже разглядывал другую мою работу. Там он смотрел тем взглядом, от которого у меня сознание превращалось в тягучую смесь чувств.
— Личное для тебя — это мои портреты? — взгляд медовых глаз заставил меня прекратить попытки вернуть альбом.
Я в молчании наблюдала, как Себастьян медленно перевел взор на мои рисунки и снова стал листать, глядя на свое изображение. Такое чувство, будто щеки жгут невидимым огнем стыда. Ну почему? Почему я так много его рисовала?!
— Себастьян, перестань! — шепотом молила я, призывая его взгляд снова к себе. — Ты словно читаешь мои мысли!
— Я в твоих мыслях?
Черт! Что же я несу-то?
— Не путай меня, прошу! — спонтанно ответила я и, не выдержав его взгляда, вышла из комнаты.
Прикрыв глаза, я уперлась ладонями в гладкую поверхность стола и делала глубокие вдохи и медленные выдохи. Напрасно. Сердце так и стучало в груди, пытаясь вырваться наружу. Мысленно я все еще находилась в той гостиной. Я услышала звук мужских шагов и резко обернулась. Пусть казнь совершится быстро, ибо для мук уже не осталось сил. На кухню вошел Себастьян Эскалант с моим альбомом в руках. Я машинально оперлась на столешницу за спиной.