Платье. О, это не просто одежда, а шедевр, достойный стоять в зале Лувра или Прадо. Белое, короткое, фасоном похожее на те, что носили греческие богини в голливудских пеплумах. Воздушная ткань, оставляла одно плечо обнаженным, а талию подчеркивал тоненький блестящий поясок. Мои ноги украсили босоножки в тон платью, а влажные пальцы сжимали сумочку того же цвета.
Я не узнала девушку, которая смотрела на меня по ту сторону зеркала. Разве это я? Совсем не похожа. Даже взгляд стал другим. Более уверенным, что ли?
— М-м-м, — довольно потянула Латти, оглядывая свою великолепно выполненную работу. — О, слышишь? Ребята уже приехали!
Мне не терпелось увидеть реакцию Себастьяна, когда он впервые посмотрит на меня в новом образе. Я понимала, что эта магия перевоплощения всего лишь на один вечер, ведь завтра я смою макияж, переодену платье и сниму туфли. Я превращусь в прежнюю Зою Рольдан, которая мечтает стать художницей и работает на богатую и добрую семью Эскалант.
Но не буду думать о завтрашнем дне. Я так устала от этих забот! Мне пришлось повзрослеть слишком рано и сейчас, как никогда, хотелось ощутить себя слабой, хрупкой и… соблазнительной.
Я спускалась по лестнице и жутко волновалась. Рядом шла красавица Злата в красном платье до колен, которое скрывало ее маленький животик.
— А вот и мы, мальчики! — радостно объявила она, когда мы появились в холле.
Виктор и Себастьян о чем-то беседовали, но при звуке голоса Златы обернулись. Медовые глаза моментально поймали мой взгляд, потом медленно скользнули по моему силуэту, до самых кончиков пальцев в босоножках и так же не спеша опять поднялись вверх. Себастьян чуть ослабил ворот своей черной рубашки и кашлянул.
Я старалась сохранить улыбку на лице и не показать насколько сильно нервничаю. Главное, не подавать вида, что я почти не слышала, о чем говорили Виктор со Златой, стоя рядом со мной. Я даже не сразу осознавала, что замерла на предпоследней ступеньке.
— Здравствуй, Зоя, — холодно произнес он, засовывая руки в карманы черных брюк. — Ты прекрасно выглядишь!
«Это был не комплемент, Зоя. Подобные высказывания несвойственны мне!» — его фраза так и закружилась в моей памяти, и я поборола в себе желание подразнить Себастьяна этим напоминанием. Он явно был не в духе.
Немного огорчившись, услышав его сухой тон, я просто ответила:
— Спасибо, Себастьян!
— Так, — начал Виктор. — Нас уже заждались. Прошу по машинам, господа и дамы!
***
Мы с Себастьяном сидели на заднем сидении. Он не смотрел на меня. Стоило мне чуть подольше задержать взгляд на его прекрасном лице, как он тут же отворачивался к окну. Видимо, ему неприятно. Пришлось заставить себя смотреть на дорогу.
Он молчал. Казалось, мое присутствие его раздражало. Краем глаза я заметила, как он сжимал и разжимал кулаки.
Слезы обиды стали наворачиваться на глаза, и мне захотелось отказаться от этой затеи. Какая же я глупая! Надеялась, что нравлюсь ему, дурочка. Кто я и кто он?
Он свет. Он солнце или луна. А я всего лишь тень. Одна из многих миллионов, которые его окружают. Маленькая незаметная тень от большого и яркого источника света.
Себастьян придержал мне дверь машины, но, даже когда я выходила, руку не предложил.
О господи! Ему даже прикасаться ко мне противно. Что же это?!
Я плелась за Латти, чувствуя спиной прожигающий взгляд раздраженного мужчины, идущего позади меня.
У входа в пафосный клуб нас встретила охрана под стать заведению. Громкая музыка, мелькание ярких бликов света, огромная толпа танцующих людей.
Это окружение мне не понравилось с первой минуты. Вероятно, я все восприняла бы иначе, будь реакция Себастьяна на мое появление более спокойной и без сбивающего с ног удара по моему самолюбию.
Наш столик оказался на втором этаже клуба в VIP-зоне. Там было не так шумно, и открывался прекрасный вид на танцпол.
За столом нас уже ждала компания из трех человек: двое мужчин и одна девушка, в которой я узнала подругу Латти — Марию. Меня представили ее мужу — Адриану. А любезный Ксавьер, который также присутствовал в этой компании, придвинул мне красное кресло и разместился рядом. По другую сторону от меня за стеклянным столом сидела Злата.
Я скользнула взглядом по лицам и наткнулась на хмурого Себастьяна, расположившегося напротив меня.
Неужели его плохое настроение действительно связано с моим присутствием здесь? Так хотелось услышать от него честный ответ и, наконец, очнуться от романтических грез, которые он напустил на меня вчерашним вечером.
— А скажи-ка мне, художница Зоя, — обратился ко мне Ксавьер, вырывая из пучины горьких мыслей. — В каком жанре ты рисуешь?