Мария с распухшими от слез глазами вернулась после очередных разборок с мужем. По ее виду, не спрашивая, можно сделать вывод — примирение не состоялось. Я сочувственно смотрела на девушку, когда в очередной раз мы все собрались за праздничным столом, чтобы услышать тост от брата жениха.
Все взгляды гостей приковались к статному Себастьяну Эскаланту у микрофона и с бокалом в руке.
— Я редко ошибаюсь в людях, — зазвучал его низкий и уверенный голос, усиленный мощной акустикой. — Могу с первого взгляда определить, что за человек передо мной и заслуживает ли он моего внимания. Когда я впервые увидел Злату Бронских, решил, что она очень умная, порядочная и честная. Спустя время, я понял, что… ошибся.
Он сделал драматичную паузу, дав гостям напряженно переглянуться.
— Эта девушка обладает не только этими качествами, — продолжил Себастьян, улыбаясь. — Злата умеет исцелять людей, внушать веру в себя и делать их лучше, просто оставаясь рядом. Злата Эскалант одна из немногих женщин, которыми я восхищаюсь, уважаю и обществом которых я дорожу. Злата, я очень рад, что именно ты носишь фамилию нашей семьи. С днем свадьбы вас, мои брат и сестра!
Раздались аплодисменты и звон бокалов.
Я посмотрела на Виктора и Злату, которые о чем-то говорили, сжимая руки друг другу. Невероятные люди!
Встав из-за стола, я побрела вглубь сада, который окружал отель. Очередной приступ тоски в душе заставил меня уединиться от этого веселья.
Искусственно созданное озеро, освещенное фонариками, создавало сказочную атмосферу. От воды веяло прохладой, а музыка звучала не так громко, особенно когда ветер отдалял ее звуки.
Я опустилась на зеленую траву, не в силах отвести взгляд от лунной дорожки на черной глади воды.
Жалость к себе отвратительна. Я презирала это чувство, сколько себя помню. Но острее стала его воспринимать после того, как записала в блокнот четвертую заповедь от матери: «Никогда не жалей себя. Никогда не жалуйся другим. Все твои испытания даны только тебе, ибо только ты их способна выдержать!».
Но ради чего я живу? Ни родных, ни друзей, ни любви. От всех шарахаюсь и всего боюсь. Судьба преподносит мне шансы обрести все это, а я отказываюсь…
Приглушенные густой травой звуки шагов заставили меня прервать ход грустных раздумий и обернуться.
Рядом стоял Себастьян с двумя бокалами в руках.
Моя голова закружилась, и слабость в теле превратилась в негу. Я молча смотрела, как испытывающий мою выдержку мужчина усаживался рядом и протягивал шампанское.
Моя рука дрогнула, когда я взяла бокал из его рук и коснулась пальцев.
— За Виктора и Злату! — провозгласил он, создавая звон хрусталя.
— За Виктора и Злату! — прозвучало мое тихое эхо его слов.
Сделав глоток, я снова посмотрела на озеро, подмечая, как глаза цвета меда посмотрели на меня.
— Не верится, что я здесь! — озвучила я свои мысли. — Три месяца назад ни за что бы не поверила, что могу очутиться в таком месте.
— А что было три месяца назад?
Голод. Нищета. Безнадега.
— Была другая я, — горько усмехнулась и сделал еще глоток. — Такая, что ты меня даже не заметил бы.
Я почувствовала, как он заправил прядь моих волос за ухо, открывая лицо своему взгляду.
— Не верю тебе!
Сломив сопротивления своего разума, я посмотрела на него. О, эти глаза совершенны!
— Я боюсь тебя, Себастьян! — прошептала я.
Он сдвинул брови:
— Почему?
— Когда ты рядом, я теряю себя.
— Мне уйти?
— Нет, — ответило мое сердце.
Я могла бы быть с ним, стоит только лишь переступить свою гордыню и принципы. Пустяк или невозможность?
— Ты боишься, что о тебе подумают другие? Боишься осуждения? — задал вопрос Себастьян, изучая меня взглядом.
Наши мысли совпали. Он тоже размышлял, почему же я отказала ему.
— Нет, — честно ответила я. — Я боюсь не чужих, а собственных мыслей. Знаю, что не смогу уважать себя.
Себастьян опустил глаза и провел рукой по своим волосам. Он озадачен или рассержен?
— Я думаю, что могу сделать тебя счастливой.
Ох! И настолько же и несчастной.
— Ты уже подарил мне счастье. Просто тем, что ты есть. Тот день, который мы провели вместе, подобен одной волшебной и сказочной жизни.
Кошмар, неужели я снова делаю это? Опять говорю «нет»?!
— И ты не хочешь большего? — его выдох смешался со словами.
— В этом все дело, Себастьян, — глядя в его глаза, продолжила я. — Я хочу слишком много.
Себастьян протянул руку и коснулся моей щеки костяшками пальцев. Я задрожала и прикрыла глаза.
Он провел пальцами по моим губам, и моя кровь, смешанная с алкоголем, закипела.
— Если бы я мог, — услышала я его шепот, — то дал бы тебе все, что у меня есть!