— Макси? — Руперт сжал зубы. Его глаза злобно сузились. — Зачем чудовищу вроде Макси гоняться за парой детей?
— Лучше спросите это у него, — ответил Сайрус.
Руперт покачал головой и вздохнул.
— А вы ведь привели за собой неприятности, не так ли? Максимилиан не станет нападать на члена Ордена без веской причины. Мы слишком большая угроза для него.
Он посмотрел на Антигону, на гроб Скелтона и затем впился взглядом своих пронзительных глаз в Сайруса.
— Наверное, у вас есть что-то, что нужно его хозяину.
— Его хозяину? — переспросила Антигона. — О каком еще хозяине идет речь?
— О таком, который способен управлять выродком вроде Макси. — Руперт медленно вздохнул и расправил свои необъятные плечи. — Он зовет себя Доктор Феникс, — тихо сказал он. — А иногда мистер Пепел. Он родом из ваших ночных кошмаров, не больше и не меньше. Если Макси похитил вашего брата, тогда он уже у Феникса. Мне очень жаль.
Сайрус украдкой посмотрел на сестру. Антигона взъерошила волосы и скрестила трясущиеся руки.
— Вы сможете… сделать что-нибудь?
Руперт встал между ними. У гигантских дверей все еще ошивалось несколько человек. Неподалеку стояла старушка в сафари-куртке. Руперт залихватски свистнул.
— Элеонор Элдридж! — зычно крикнул он. — Могу я попросить вас о помощи?
Сайрус наблюдал, как она приближается, стараясь не смотреть бородачу в глаза. Подойдя поближе, она принялась безостановочно болтать.
— Руперт Гривз, — сказала она, — мне плевать, насколько взрослым ты себя считаешь и кем ты теперь зовешься или что ты имеешь право с меня требовать. Я помню тебя еще робким, как опоссум, и бестолковым, как молодой жираф. Я отказалась от этих двух неблагодарных. Я умыла руки и отряхнула пепел со своих стоп. Я бы даже не завязала им шнурки, окажись они без рук. Я не стану им помогать.
Руперт едва сдерживал улыбку.
— Кое-что переменилось. Мне нужно, чтобы вы показали им Полигон, миссис Э. Для меня.
Он повернулся к Сайрусу и Антигоне и некоторое время смотрел на них, не мигая и тихо дыша. Сайрус скорчился под его взглядом, едва удерживаясь от того, чтобы не схватиться ладонями за шею. Лицо огромного человека выглядело обеспокоенно, глаза искали что-то. Наконец он заговорил низким от волнения голосом.
— Сегодня вы стали мне братом и сестрой. Ваш кровный брат для меня теперь как родной, и я сделаю для него все, на что способен. Хотел бы я пообещать вам хоть что-нибудь, но не могу. Только не когда дело касается Макси и Феникса. А теперь я постараюсь увидеть все, что можно увидеть, и услышать все, что можно услышать. И когда я разузнаю больше, мы поговорим снова. Скоро. — И он улыбнулся одними губами. — Мне нужно поговорить с представителями Ордена, объявленными вне закона.
Развернувшись, он направился к дверям, и звук его шагов эхом отдавался от сводчатых стен.
— Слушайтесь миссис Э! — крикнул он напоследок и скрылся за порогом.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
ПОТЕРИ И ПРИОБРЕТЕНИЯ
Сайрус двигался по залам, окружавшим Галерию, с поистине черепашьей скоростью. Полки в его прежней комнате, ломившиеся от второсортных сокровищ из канавы, были просто ничтожной пылинкой по сравнению с тем, что он видел здесь. Стены были увешаны разнообразнейшими предметами: гобеленами, старинными мечами, топорами, стрелами и мушкетами. Сайрус даже заметил пару позеленевших от времени пушек. Сертификаты и грамоты, кости. Клыки и черепа, картины, карты, выгорающие фото женщин и мужчин в высоких походных ботинках у аэропланов с тканевыми крыльями, шлюпок и старых грузовиков. Ни один из экспонатов не был отделен вельветовой ленточкой, как обычно в музеях. Нигде не было видно табличек с рекомендациями держать свои руки при себе и ничего не трогать.
Поэтому Сайрус прикасался ко всему подряд, пока миссис Элдридж не начинала ворчать, что им пора идти.
В то время как Сайрус занимался стенами, Антигона не знала, что лучше разглядывать — потолок или пол.
Затейливые фрески с картами на потолке сверкали позолотой, и нигде не было ни малейшей трещинки. На этих причудливых картах корабли и морские чудища были больше самих островов, и ярко нарисованные птицы и звери парили в воздухе над лесными чащами.
Пол представлял собой извилистую мозаику из расписных плиток, образующих еще одну карту. Когда Антигона смотрела под ноги, то видела крошечные городские улицы, загибающиеся и извивающиеся прямо перед ней. Миниатюрные дома, речки и мостики, городские площади и дворцы были прорисованы в мельчайших деталях. Через несколько шагов очаровательная картинка исчезла, и вместо нее был нарисован подробный план какого-то огромного здания, подписанный крошечными латинскими буквами.
Она шаркнула по картинке ногой.
— Разве эта штука не сотрется, если здесь будут ходить все подряд?
Она не обращалась ни к кому конкретно. Миссис Элдридж уже отказалась отвечать на все их вопросы. Сайрус бросил быстрый взгляд через плечо и продолжил пристально изучать непонятный череп с клыками.
— Кажется, его покрыли лаком или чем-то подобным. Тигс, как ты считаешь, кто бы это мог быть? Маленький слон? Или бородавочник?
Он вытянулся и провел рукой по гладкой пожелтевшей кости.
— Понятия не имею. Спроси кого-нибудь из них.
Четверо мужчин в мешковатых одеяниях из холстины с широкими поясами спешили по залу, нагруженные всевозможными инструментами, футлярами и кобурами, а за ними бежал мальчик с руками, полными мотков веревки. Они рассеялись, минуя Антигону.
— Извините, — обратился Сайрус. — Не знаете ли вы, что это такое?
Мужчина прошел мимо, глядя сквозь Сайруса и его сестру. Четыре пары глаз метнулись прочь, старательно избегая их заляпанной кровью и сажей одежды и удивленных лиц.
Только мальчик, оглянувшись, издевательски ухмыльнулся Сайрусу.
— Отбросы общества, — сказал он и оскалился, глядя на Антигону. — Ваша мать была дикаркой.
Качая головой, он поспешил вдогонку за группой в холщовых одеждах.
— Ого, — медленно проговорила Антигона.
Сайрус сложил ладони рупором:
— Вали дальше, мелкая сопля! Преступники уже здесь!
— Сайрус Смит! — Миссис Элдридж бушевала, двигаясь по залу, ее седые волосы взъерошенным нимбом пушились вокруг головы. — Достаточно с вас было и того, что вы не умеете держаться подобающим образом, а теперь вы еще и выкрикиваете оскорбления?
Она скрестила руки на груди и исподлобья посмотрела на него.
Сайрус пожал плечами. Он не позволит ни одному поганому зубриле говорить такое о своей матери.
— Вы вообще хоть слышали, что сказал этот недомерок? — вмешалась Антигона.
— Да. И в принципе, я согласна, — ответила миссис Элдридж. — Вы только посмотрите на себя. Вы же воплощенная грубость и грязь, таращитесь туда-сюда бегающими глазами, как дикари, и все подряд хватаете. Являетесь ли вы частью этого места? Вряд ли. И в этом нет оскорбления. Это тоже не самое лучшее место на земле.
Она резко повернулась на каблуках и зашагала прочь.
— Теперь держитесь поближе, или я предоставлю вам возможность самостоятельно искать дорогу. И ручаюсь, — добавила она, — что вы ее ни за что не найдете.
Сайрус тяжело вздохнул, затем зевнул и постарался подстроиться под торопливый шаг. Так же сильно, как он хотел все как следует рассмотреть и злился на ехидного мальчика и отвратительного типа с кроличьим лицом, он валился с ног от усталости и голода, а в его голове было полно вчерашнего дыма и взволнованных мыслей о Дэне. Мозаичный пол казался таким заманчиво прохладным, что Сайрус уже был готов вытянуться прямо на нем под каким-нибудь из длинных столов с экспонатами у стены.
Антигона взяла его под руку, заставляя идти быстрее.
— Вам двоим не следовало приходить сюда, — сказала миссис Элдридж, цокая каблуками дальше по залу.
Группа из шести молоденьких девушек в рубашках со змейками, штанах с карманами, высоких сапогах и винтовках за плечами быстро прошла мимо, оглядев Сайруса и Антигону. Трое из них расцвели добрыми улыбками. За углом стояло четверо мужчин средних лет в полном фехтовальном обмундировании. Держа сетчатые маски и шпаги под мышками, они непринужденно опирались на стену и чему-то смеялись. Смех тут же утих, когда показались Сайрус и Антигона. Два лица сразу ожесточились, но лысый коротышка и бородатый верзила не отвели глаз, встретившись взглядом с Сайрусом. Он исполнил свой самый церемонный кивок и разулыбался, когда они ему приветливо ответили.