Кажется, он псих. Окончательный. Где я очутилась — в тестовом режиме новой терапевтической программы или в чьем‑то эксперименте «как не нужно проводить вечеринки»?
Снова сглотнула и выдала новую тираду, ощущая, что сердце выбивает ритм, будто на нем репетирует ансамбль барабанщиков. Бежать некуда! Совершенно! Он даже окно закрыл, плотно притворив створку и защелкнув какой-то хитрый замок по центру. Правда, без паники я уже понимала, что вероятнее тут не первый этаж, раз в окно даже макушек деревьев не видно — только звездное небо и полную луну, тоже, наверное, пришедшую на квест.
— Послушайте, вы чудесный аниматор, в принципе мне все нравится, — решила поиграть в дурочку, тем более что меня пока вроде даже слушали, — и раз уж меня похитили, требую как минимум кофе с круассаном. Или вообще полноценный обед! Сразу предупреждаю: мои требования в меню расширяются пропорционально моему уровню стресса.
Черт! Живот и правда подводил.
Сколько я проспала? Точно не пару часов, потому что, когда меня похищали, я была вполне сытая.
Неужели правда психи?
Сжала зубы. Ох! Помогите мне кто-нибудь! Или хотя бы пришлите поднос с теплым кофе: я готова дать подробный, но платный обзор вашего «квеста».
Глава 3
Демонстративно скрестила руки на груди и стала ждать ответа от актера. В самом деле. Ну не бывает у здорового человека таких зубов — они точно накладные. Антураж похож на шоу‑рум готического торгового центра: все тщательно подобрано, даже пыль расставлена в тематических группах. Наверняка у них есть лайфхак «как придать помещению атмосферу древнего замка за три шага»: припорошить, включить луну‑лампу и надрессировать летучих мышей. Да, летучих мышей тоже можно выдрессировать — главное, чтобы они понимали команду «тише, вечеринка».
Смешно? Весело? Да, но шутка уже перешла в разряд «затянувшегося стендапа». И я не понимала, кто это у нас такой шутник. Разве что бывший решил таким образом припугнуть. Вон также и с работы утащили — все сходится. Только зачем ему это? Имущество мы пока что особо не делили. Он как начал вопить, что даже маски для лица и то он мне покупал, видите ли, так я с одним чемоданом вещей и покинула его квартиру, благо подруга приютила, пока я съемную ищу.
Это ведь только в телевизоре раздел имущества выглядит красиво и спокойно. В реальности муж орал, что даже мои носки — его. Ведь он владелец клиники, где я работала и получала зарплату. А значит, по его логике, и мои тапки — часть бизнес‑активов. Но я не сдалась: делить будем в суде. Пусть судья определяет, чьи носки были более эмоционально инвестиционными.
Пока я была занята ментальным судопроизводством, аниматор явно о чем-то напряженно думал, глядя на загаженный мышами пол. Ну правда — могли бы выбрать более чистоплотных животных. Хомячков, например, но нет, у них концепция «готический амфитеатр с грызущими элементами».
— Мы подготовили людскую пищу для человека, — выдал он наконец, словно произнося сакральную формулу. Если бы похититель не стоял как истукан, я бы подумала, что ему только что перезвонил кто‑то из лордов средневековья по патриаршескому телефону. — Но мне больше интересно, что вам требуется для осмотра. Наш князь мучится уже месяц.
Боги! Тут еще князь! Похоже, подготовка была крупномасштабной: декорации, костюмы, массовка и титул. Мне оставалось ждать хоровой партии и выхода на сцену короля в плаще.
— Да, осмотр, конечно. — Кивнула. Не хватало мне еще работы вне работы. — А у вас полное погружение, так сказать! Простите, а что вы имели в виду под людской пищей? Котлетку с макарошками? — В животе недовольно забурчало. Сколько я проспала? Судя по голоду, такое ощущение, что неделю, не меньше! Да и голова гудит… — Или я сама заказ делаю? Можно меню? Заплачу своей картой.
Должны же у них быть доставки — в крайнем случае закажу «Экспресс: спасите голодную героиню неудачного квеста». Если не поем сейчас, я скоро кого-нибудь слопаю — это точно!
— Котлетка? — завис мужчина. — Простите, я такого не помню. Слишком давно нечеловек. Но будьте уверены — все съедобно. Прошу за мной!
— Фух! — радостно выдохнула.
«Слишком давно нечеловек» — великолепная строка для биографии. Наконец-то декорация сменится! И, может быть, у меня появятся подсказки, кто все это затеял, или хотя бы замаячит выход отсюда.
Самое мерзкое — телефон свой я оставила там, на столе приемного кабинета. То есть даже не позвонить спокойно. Он сейчас, наверное, лежит там бедненький и всеми забытый и строит планы побега без меня.
Кое-как вылезла из своего угла, где сидела, отряхнула пыль, которую насобирала на полу (похоже, я теперь официально член клуба «Коллекционеры напольного мусора»), и с надеждой двинулась за мужиком. Руки бы, правда, помыть сначала, но я уже так голодна, что готова поесть грязными — пусть у меня будет «аутентичный вкус приключения». Да и хоть какое-то движение.