«Ланни, это просто удивительно!» — воскликнула молодая жена.
— Он сказал, что он уже принял меры, чтобы убедить меня, что это был действительно он. Тогда он, наверное, уже переговорил с тобой.
Ирма жила с духами теперь уже почти четыре года и более или менее привыкла к ним. Но такой инцидент произошёл с ней первый раз. Ланни объяснил ей, что литература о паранормальных явлениях полна «перекрестных соответствий». Иногда одна часть предложения проявляется в Англии, а другая — в Австралии. Иногда были ссылки на страницы и строки в книге, А другой медиум давал ссылку на какую-либо другую книгу, и, тогда слова складывались, и появлялся смысл. Казалось, что это доказывало, что работе рассудка не мешает ни время, ни пространство. Главная беда была, что в это было так трудно поверить. Люди просто не могли и не хотели сталкиваться с этим.
«Ну», — сказал Ланни, «Ты хочешь иметь еще одного ребенка?»
— Как ты думаешь, что дед будет делать, если мы не захотим?
«Вот пойди и спроси его», — усмехнулся Ланни.
Ирма не пошла. Но спустя день или два пришло письмо от Робби, сообщившее, что сделает старый джентльмен, если они выполнят его волю. Он установил в своем завещании целевой фонд для Фрэнсис Барнс Бэдд на сумму пятьдесят тысяч долларов, и предоставил ту же сумму для любого другого ребенка или детей Ирмы Барнс Бэдд, родившихся в течение двух лет после его смерти. Старый реалист не признавал никаких случайностей и добавил: «Чтобы Ланни Бэдд был отцом».
Золотисто-рыжий и голубоглазый молодой спортивный директор Хьюго Бэр пришёл повидать своего американского друга, и ему предложили прокатиться на автомобиле. Хьюго не надо было просить высказаться о существующих тенденциях в его национал-социалистической партии. Он сказал, что вступил в эту партию, потому что считал её социалистической, также считали и миллионы. Они хотели, чтобы она оставалась социалистической, и они имеют право, сохранить её социалистической. Они хотят провести в жизнь ту часть её программы, которая завоевала веру немецких масс. Раздробление больших поместий, национализация основных отраслей промышленности и универмагов, отмена процентного рабства таковы были обещания, которые были сделаны больше миллиона раз. Но теперь партия была заодно с Рурскими магнатами, а старая программа была забыта. Фюрер попал в сети людей, которые заботятся только о власти, и, если они возьмут вверх, вся энергия в стране будет направлена на военные приготовления, и ничего на социальное обеспечение.
«Да», — сказал Хьюго, — «многие из руководителей думают, как я, и некоторые из них старые партийные товарищи Гитлера. Это не угроза его руководству, а лояльные усилия помочь ему осознать опасность и вернуться на истинный путь». Молодой чиновник предложил Ланни познакомиться с активистами в этого движения. Но его собеседник объяснил своё особое положение, в котором он находится, в связи с еврейской родственником, имеющим трудности с законом, и необходимостью быть сдержанным в связи с этим.
Это объяснение привело к теме евреев. Молодой розовощекий ариец осудил этот ущербный народ, дурно влияющий на немецкую культуру. Но добавил, что не одобряет преследование отдельных евреев, которые не нарушали закона. И он считает недавний день бойкота глупым. Он представлял собой попытку со стороны реакционных элементов в партии заставить людей забыть радикальные перемены, которые им были обещаны. — «Намного дешевле и проще избить несколько бедных евреев, чем выселить несколько крупных землевладельцев-юнкеров».
Ланни нашёл этот разговор многообещающим, и решился тактично дать своему молодому другу некоторое представление о бедственном положении, в котором он оказался. Брат его зятя пропал более чем неделю назад, но он боялся инициировать какие-либо расследования, опасаясь возбудить те элементы, о которых говорил Хьюго, фанатиков, которые были готовы найти любое оправдание для преследования безвредных идеалистических евреев. Ланни нарисовал пастушонка из древней Иудеи, наблюдавшим за своим стадом, играя на свирели, и мечтая о Господе и его ангелах. Фредди Робин был социалистом в высоком смысле этого слова. Он желал справедливости и доброты среди людей и был готов показать пример, как жить сейчас бескорыстной жизнью. Он был прекрасным музыкантом, преданным мужем и отцом, а его жена и мать страдали от страха за него.
«Увы!» — воскликнул спортивный директор и добавил формулу, которую Ланни уже знал наизусть, что несчастные случаи всегда случались в ходе любого крупного социального переворота.