Слышу, Таурисар ругается всякими неприличными словами. Я голову подняла и огляделась. Лин с перекошенным лицом стоит и то на меня, то на Таурисара смотрит и не знает, что делать.
- Добей ее! - завопил маг. - Ты не можешь сопротивляться! Не можешь! Немедленно добей!
Растерянность на лице сынули сменилось решимостью, он послал Таурисару идиотскую улыбку и радостно воскликнул:
- Да, господин, будет сделано!
- Я тебе добью! - пробормотала я, - я тебя сейчас самого так добью, узнаешь, зачем в хлебе дырочки!
И откуда только силенки взялись? От моего волшебства паркетный пол под ногами Лина волнами пошел, будто коврик, который встряхивают. Лин на ногах не удержался, упал. Я поспешила закрепить результат, отшвырнув его к стене "воздушной волной" и обратилась к Таурисару:
- Ну, так что, ненаглядный мой, будешь биться со мной или снова за спину мальчишки спрячешься?
- Да сдохни! Сдохни ты, наконец! - заверещал маг и торжественно выхватил из-за пазухи что-то знакомое и до боли родное.
Присмотрелась я. Ой, да это же коса моя! Та самая, которую я двадцать два года назад отрезала, чтобы забыть эту пиявку - Таурисара, в другом мире. Надо же, как трогательно. Сохранил. Но явно не из сентиментальных чувств, а из-за более прозаичных соображений. Какое счастье, что Таурисар не темный маг и не некромант тем более. Светлые - они не очень способные ко всяким гадостям, наподобие энвольтования. Но этот отдельно взятый маг, черт знает, на что способен? Он же умудрился где-то новых знаний нахвататься, наподобие вот этого заклятия на покорность, которым сына моего одарил.
Я с огнем не очень дружу, но все же попыталась косу свою сжечь. Да только Туська этот хренов отбился, косой взмахнул и давай что-то нашептывать. Я поспешила защиту выставить. Самую сильную, какую знала. Да только не очень помогло, и получила я по полной программе.
Не знаю, что именно маг на косу мою нашептал, но ощущение было, будто у меня сейчас мозг взорвется... причем только левое полушарие. То есть получается, я правой половиной нормально себя чувствовала и соображала все, а левая половина меня сходила с ума от боли. Орала я так, что голос посадила. Одни убытки мне с Таурисара - то косы из-за него лишилась, теперь вот голоса. Ну, все, наверно здравствуй обморок?
Как оказалось, нет, никаких обмороков у меня на сегодня не запланировано. Боль внезапно отпустила. И вот стою я на четвереньках, головой мотаю, не веря до конца, что боли больше нет.
- Дуська, кончай тут лошадкой притворяться, вставай, давай!
Услышав голос деда я с перепугу забыла, что я вроде как пострадавшая и должна сейчас в болевом шоке пребывать. Подняла голову, посмотрела, что вокруг твориться и не выдержала - захрюкала от смеха.
Над Таурисаром грозно возвышался дед с ботинком своим магическим, поставив ногу ему на грудь, а сам Таурисар на полу валялся с окаменевшими конечностями, то есть руки и ноги у него каменные стали самым натуральным образом. Какой, однако, оригинальный способ обезвреживания жестовика придумал дедуля мой. Лин стоял рядом и недоуменно озирался по сторонам. Не помнит что ли, что здесь вытворял?
- Очнулся, значит, ты вояка херов?
Я хотела, как всегда заорать, но голос-то сел и потому слова мои прозвучали жутким хрипом. Лин подскочил как ужаленный, в глазах один сплошной испуг. Подбежал ко мне и вопит:
- Мам, ты в порядке?
- Ни хрена я не в порядке! - прорычала я, но все же позволила ему помочь мне на ноги встать. - Ты хоть помнишь что было? Помнишь, как меня убить пытался и во что отца своего превратил?
Свой гневный рык я утяжелила ударом тапка по сыновьей морде. Если до этого он и не помнил ничего, то после такой плюхи у него в голове все на место встало. Так встало, что ему даже взбледнулось.
- Где отец? - шепчет, а у самого голос от ужаса срывается. Наверно уже всяких кошмаров себе напредставлял.
- Жив... надеюсь... Дед, я Терина к тебе отправила.
- Знаю, что ко мне! Это кто у нас такой шутник выискался? Кто додумался мужу твоему привязку к Степке сделать? Я его беднягу еле убедил, что эту лягушку чмокнуть необходимо!
Лин не сдержал громкого вздоха облегчения.
- Так и где он сам? - поинтересовалась я.
Дед неодобрительно головой покачал, буркнул, что я скриплю как телега несмазанная, ботинком своим махнул и гордо изрек:
- Все, внученька, теперь ты снова орать можешь. А муженек твой скоро явится... если осмелится.
- В смысле? - удивилась я. К счастью уже нормальным голосом удивилась.
Мерлин хитренько так ухмыльнулся и пояснил:
- Ты этого лягушонка неудачно телепортировала. Он с высоты брякнулся и лапку сломал, а вы с Лином в опасности, вот он с перепугу и раскололся, даже башмак мой вернул.
- Вернул? Это как это? А что твой магический предмет у Терина делал?
- То же самое что и брошь мадлонкина! - подал голос Таурисар. - На хранение себе он его башмак взял.
- Ты что несешь? - возмутился Лин.
- И правда, Таурисар, что за бред? - поддержал Вальдор, а у самого морда хитрая такая, как будто подначивает мага этого недобитого еще что-нибудь интересненькое сказать.
- А ты, Вальдор, как был глупым мальчишкой, так и остался! Того, что под самым твоим носом творится, не замечаешь! - выплюнул маг в сторону короля, потом бросил на меня ехидненький взгляд и выложил, - Терин шантажировал Мадлону брошью ее.
- Нахрена? - озадаченно спросила я.
Нет, ну правда, какой толк Терину от Мадлоны этой, если она веса никакого в магическом сообществе не имеет, потому что колдовать без броши, магического предмета своего, не может? Чего он от нее хотел-то? Большой и страстной любви? Убью!
- Что, стервь рыжая, глаза вытаращила? Сама еще не додумалась? - Таурисар, кажется, искренне веселился, несмотря на свое плачевное положение. - Некромант твой проклятый Мадлону шантажировал и через нее пытался мною управлять! Да только Мадлона сильно за эти годы поглупела, я ее быстро расколол, она мне все сказала!
- Да ты что несешь, ты жопа истерическая? - взвизгнула я.
- Правду! И это еще не все!
- Все, Таурисар, ты достаточно сказал.
Я повернулась на голос Терина. И когда только появиться успел? Мало того он уже был одет, причем в свою одежду. Но не в ту, что продолжала сиротливо на полу валяться. Значит, успел заскочить в Эрраде и там оделся. То есть, сюда особо не спешил? Не переживал за нас? Ладно, за меня не переживал, мож разлюбил, всякое бывает, а на Лина ему, что тоже плевать было?
Быстро окидываю взглядом имеющихся в зале не-магов. Я, Аннет, Иоханна и Каро. Степан и Коля, простите, вне моей юрисдикции. Пусть спасаются, как могут.
Надо бы нам всем куда-нибудь залезть, пока кто-то из этих сражающихся кого-нибудь из невинных свидетелей не пришиб.
- Аннет! Аннет, успокойся! Иоханна, перестань таращиться! Выходим. Ну же! Держитесь ближе! Каро, чтоб тебя! Куда ты, идиот?
Каро делает прыжок в сторону Саффы, пытаясь оттолкнуть ее с траектории полета заклинания, пущенного Лином. Не успевает. Девочка вскрикивает и валится на пол. Ну что же, значит, опять мне нового волшебника искать. Ладно, посмотрим позже.
Страшнее, чем сейчас, мне было лишь однажды - когда Терин бился перед заседанием Совета. С этим, как его, не помню... Хотя нет, вру, сейчас - страшнее.
Так, под стол я, пожалуй, не полезу. Не нравится он мне. А и правильно, летают тут столы всякие. Надо как-то подобраться к двери и увести эту мою толпу с поля боя. Но как? Поле боя тоже, знаете ли, на месте не стоит.
Лин атакует! Князь уворачивается, но... Ух ты! Маг выбывает из сражения. Дуся, держись! А Терин ничего, молодец, выучил мальчишку своего сражаться. На свою же голову.