Схватил я крыса этого за шкирку и чмокнул. Вот не подумал, что делаю. А надо было думать. Потому что, получив расколдовывающий поцелуй в усатую морду, крыс мгновенно превратился в Кардагола. А поскольку я его держал, полулежа на кровати, то превратившийся Кардагол оказался на мне. Я попытался его спихнуть, он в свою очередь попытался с меня скатиться, Саффа решила нам помочь, в итоге мы запутались в одеяле и простыне этой злосчастной, в которую меня угораздило задрапироваться. Саффа выбралась из этой кучи первая и куда-то телепортировалась.
Кардагол тихо заматерился, сетуя на то, что коварная шептунья превратила его, воспользовавшись тем, что он ослабил щиты, сберегая силы для сражения. Я хотел было, нецензурно возразить по поводу того, что Саффа специально момент выбирала, но Кардагол так старался поскорее с меня слезть, тем самым еще больше запутывая ноги в простыне и в брошенном Саффой одеяле, что мне смешно стало. Я заржал. Кардагол замер и уставился на меня. Да уж, интимная такая картинка - лежит на мне мужик и в глаза заглядывает. Причем серьезно так, без намека на улыбку.
- Ну, что ты замер, растудыть тебя в тудыть? - помурлыкал я и оскалился, надеясь, что это сойдет за улыбку. - Шевелись, давай... котик.
- Погоди, зайчик, сейчас ноги из этой простыни выпутаю, и будет тебе счастье, - пропыхтел Кардагол и, кажется, еще что-то хотел добавить, судя по появившемуся на лице ехидному выражению, не очень для меня приятное, но его перебили.
- Лин! Кардагол!?
Интересно, как долго Вальдор стоял в дверях и эту милую сценку наблюдал? На лице его был написан такой ужас и смущение, что...в общем, я приблизительно представляю, о чем он подумал.
Вальдор
Расходимся к вечеру утомленные, но довольные друг другом. Расходимся все, даже я, потому что усыпальница моя, хоть и уютная, успела уже надоесть. Напоследок прошу Шеоннеля набросить на меня давешнюю иллюзию. Сам себе даю обещание с эльфами не общаться. Мало ли что. С ними опомниться не успеешь - с драной шкурой останешься. Нет уж, увольте. Хватит мне на сегодня потрясений.
Пойду-ка я себя порадую. Нервишки успокою. Расслаблюсь.
Иными словами, сунув руки в карманы и весело насвистывая, направляюсь к жене. По дороге пару раз уворачиваюсь от желающих дать мне подзатыльник за недостаточно почтительный для лакея вид, один раз огрызаюсь на какого-то мелкого дворянчика (видел как-то, имя не помню), и, можно сказать, без приключений добираюсь до спальни Аннет.
И что у нас тут такое? Шторы задернуты, запах какой-то затхлости. Сама королева лежит в постели под одеялом.
- Привет, дорогая! - заявляю я, прождав перед этим пару минут, пока она сама соизволит обратить на меня внимание.
А в ответ - тишина.
Приближаюсь к постели.
- Курочка моя, ау, покажи личико.
Слышу отчетливое:
- Пошел вон!
И, вроде, как рыдания.
- Аннет! Разве так следует разговаривать с супругом и повелителем?
Кончик одеяла приподнимается, чтобы показать мне один глаз.
- Ты кто? И что ты здесь делаешь? Я Гарлана позову! - бормочет обладательница этого прелестного голубого ока.
- Муж я твой! Вальдор! А Гарлана можешь позвать. Он подтвердит!
- Уйди! - шепчет моя драгоценная. Ну, уйди, это не пошел вон. Это уже обнадеживает.
- Девочка моя, - проговариваю я ласково, наклоняясь над постелью и делая попытку стянуть одеяло вниз. Попытка не удается, Аннет крепко удерживает одеяло на своих позициях. Но, кажется, кое-чего я добился: после слов "девочка моя" рыдания становятся громче и отчетливее.
Присаживаюсь на край кровати, и Аннет тут же отползает в сторону. Вместе с одеялом.
- Это действительно я. Шеоннель наложил на меня иллюзию. Аннет, что с тобой такое?
Молчит. Продолжим наступление.
- Аннет, ты мне веришь?
Глухое:
- Нет.
- Ну что я должен сделать, чтобы поверила?
Осторожно просовываю руку под одеяло, пытаясь нащупать там тело жены.
- Не трогай меня! - визжит она.
Я в недоумении.
- Почему? Курочка моя, давай я что-нибудь расскажу тебе такое, что никто не знает. И ты сразу поймешь, что я твой муж.
- Что ты такое можешь рассказать, о чем все окружающие не знают после Сферы Правды? - язвительно отзывается она.
Язвит - уже хорошо. Хотя ситуация, и в самом деле, затруднительная. Благодаря старому пройдохе Мерлину наша с Аннет биография не является, мягко говоря, тайной. Хотя...
- А у тебя родинка под левой грудью.
Молчит.
- А еще ты ревновала меня к Дуське. Кстати, совершенно напрасно. Она никогда мне не нравилась.
Тишина.
- А когда у тебя родилась Иоханна, я по большому секрету сказал тебе, что и хотел дочку. Несмотря ни на что. Ты помнишь?
О! Проняло. Но не так, как мне того хотелось.
- Уйди, Вальдор, уйди! - плачет Аннет. - Я не хочу, чтобы ты меня видел! Я страшная!
Я так понимаю, старый разбойник Кардагол так и не нашел минутку, чтобы вернуть королеве молодость. Надо бы с ним поговорить, но глупая она, все же.
- Аннет, за все время, что мы вместе, я только раз дал тебе повод во мне усомниться. И то виноват был этот... как его, какая-то запрещенная травка. Неужели ты думаешь, что это только потому, что у тебя красивое личико?
- Тебя заставили на мне жениться.
- Да, заставили. Но я, насколько ты помнишь, не особо и сопротивлялся.
- Ты меня не любишь.
А вот это меня уже злит.
- Аннет. Хватит прятаться. Я хочу тебя видеть.
- Нет.
- Да!
- Я не хочу.
- Да, я сказал!
После этого я, уже не сдерживая сил, сдергиваю одеяло и отшвыриваю его на пол.
На кровати лежит полная и немолодая, растрепанная, с покрасневшими испуганными глазами, да, может быть даже некрасивая, моя Аннет. Моя.
- Иди, - говорю, - ко мне, дура.
Обнимаю ее и нежно шепчу на ухо:
- Нашла, из-за чего страдать. Можно подумать, у меня проблемы с памятью, и я не помню, как ты еще недавно выглядела. Не нужно делать из меня чудовище, Аннет.
Она продолжает тихонько всхлипывать.
- Вальдор, я тебя люблю.
- Ну да, - отвечаю, - я тебя тоже. Разве не ясно?
Утром всем нашим импровизированным штабом мы должны были собраться в кабинете. Прихожу и понимаю, что слово "должны" имеет силу не для всех. Кроме меня в комнате находятся лишь хмурый Терин, взволнованная Дуська и задумчивый Кир. Но у меня такое хорошее настроение, что убить кого-нибудь сразу пока не хочется.
- Как-то нас маловато, - заявляю я с порога.
- Отец пошел за Лином и Саффой, - сообщает Кир, - давно.
- Ждите здесь! - бросаю я.
А что, почему бы мне и не размяться? Тем более, это недалеко.
Бодрым шагом направляюсь в сторону покоев Лина. В гостиной никого. Стучу в дверь спальни. Не открывают. Толкаю дверь и вижу... Нет, цензурными словами это не описать, хотя попробую.
В стандартной, в общем-то, позе, голые, на кровати лежат Лин и Кардагол. Последний сверху, вероятно, как более активный. У выглядывающего из-под тела Повелителя времени, Лина красное и напряженное лицо. Наверное, ему не очень удобно. Кардагол явно тяжелее на вид.
- Лин! Кардагол?!
А больше я и слова вымолвить не могу. Так и стою в дверях с открытым ртом.
- Вальдор? - спрашивает Лин.
- А Вы Иксиона ждали? - в ответ интересуюсь я, - а я-то все думал, и к чему они это - "зайчик", "котик"? Я все понимаю, но вы же родственники!
- Пятая вода на киселе, - уточняет Кардагол, делая какое-то непристойное движение ногой.
Морщусь.
- Простите, что помешал.