- Твой дед сильный маг.
- Еще какой!
- А что будешь делать ты?
- Ничего. Ты же сказал мне, где лежат эти поддельные... подставные деньги.
- А если б не сказал?
- Не знаю. Я... Если честно, в такой ситуации мне было бы проще поднять Сережу и спросить у него лично. Можно, конечно, попробовать смоделировать прошлое, но это очень трудозатратное заклинание. К тому же, с шестидесятипроцентным попаданием. Честно, не знаю. Может, придумала бы что-нибудь.
Тут из студии вылетает сияющая Дуська и начинает верещать:
- Катька! Прикинь, получилось! Я тапком махнула, и деньги бац, и у них на столе! Они все так офигели, что и сказать ничего не смогли. Не знаю, может, переснимать заставят. Но, в общем, тебя просили позвать. Иди, давай.
Процесс съемки меня не волнует, отношусь к нему, как к выполнению задания - уже не слишком интересного, если не считать встреч с Аркадием. Потому прохожу внутрь спокойно, с милой улыбкой на устах. Поднимаюсь на сцену, усаживаюсь на диванчик рядом с Золотниковым. Кошусь на него, ага, так и есть, венец безбрачия. И вот что-то снимать мне его не хочется...
- Здравствуйте, Катерина! - радостно произносит ведущий.
- Здрасте, - вежливо отвечаю я.
- Вы слышали историю этой милой женщины...
- Ага.
- Так что Вы можете сказать по этому поводу?
Ну что я могу им сказать? После Дусиного колдовства всегда остается очень характерный след.
- Деньги лежат у Вас в портфеле, - говорю я, - а портфель стоит вон у той стеночки.
- Что Вы такое говорите, Катенька?! - голосом радостного идиота вопрошает Валерий, - как Сережа мог спрятать деньги в моем портфеле?! Подумайте хорошенько.
- Никак. Это Вы их туда спрятали.
- Но откуда же я их взял?
- Дуся дала.
- Стоп камеры. Катерина, что Вы несете? Вы не знаете, где лежат деньги? В принципе, Вы у нас очень колоритная особа, выгонять Вас мы сегодня не собирались, я скажу Вам, что нужно ответить, а Вы мне подыграйте. Денежки лежат у Вероники дома. Нужно просто хорошенько поискать в столе. ВЫ поняли меня? Так, мотор. Катенька, где деньги?
Угу, думаю, выгонять вы меня не собираетесь, а придется, а потому упрямо повторяю:
- В Вашем портфеле, Валерочка.
Щелкаю пальцами, и портфель медленно и величало подплывает к нам. Он плюхается на колени к раздосадованному ведущему и открывается. Я заглядываю внутрь, чтобы издать торжествующий вопль и вижу - денег нет. Это видит и Валерий.
- Не понял, - бормочет он.
Поднимает на меня недоуменный взгляд. Тут же к нам подлетает Романовский и возмущенно восклицает:
- Валер! Ты охренел! Ты куда деньги дел? Что я спонсорам скажу?!
- Сюда положил, - бормочет Валерий.
- Точно положил, - подтверждаю я.
Романовский пренебрежительно машет рукой в мою сторону:
- Так, ты вообще молчи. Валера, это что за ерунда здесь творится? Где бабло? Триста пятьдесят тысяч, Валера, ты же мне жопой своей их отрабатывать будешь.
Взгляды присутствующих, и без того обращенные в сторону Золотникова, становятся еще более заинтересованными.
Алексей Дмитриевич вдруг поворачивается ко мне, смотрит прямо в глаза и медленно произносит:
- Катерина, это Ваши шуточки?
- Неа, я тоже считала, что деньги в портфеле. А что, поискать?
- Поищи! - рычит Романовский.
Задумываюсь, что бы такого сотворить. Из комнаты при мне никто не выходил. До меня - только Дуся, которая, собственно, и вручила купюры Золотникову. Следовательно, постарался кто-то из присутствующих. А как их можно вывести на чистую воду? Правильно. Заклинанием правды. От одноименной сферы оно отличается тем, что действует непродолжительное время, и людям нужно задавать наводящие вопросы, сами они не ответят. Плюс, от сферы очень трудно отбиться, а от заклинания - запросто, только едва ли кто из присутствующих знает, как это сделать.
Пара пассов и все готово.
- Валерий, - спрашиваю, - Вы брали деньги?
- Да Вы что! - кричит Золотников, - У меня карьера! У меня репутация! Я их взял у Дульсинеи и спрятал в портфель!
- Отлично, - отвечаю, - Алексей Дмитриевич, Вы...
И тут дверь студии влетает в эту самую студию.
- Что за... - бормочет Романовский.
Первая мысль, признаюсь, что это Дуся что-то намудрила. Но мысль эта занимает меньше мгновения, потому что следом за дверью в студию влетают шесть человек с автоматами. Да, я знаю, что это такое, мне Дуся по телевизору показывала. Что такое телевизор, она пусть сама объясняет.
- Всем стоять! - кричит один из посетителей, - руки за голову!
Глава 11
Ларрен
И вот стоит она передо мной - прекрасная и волнующая, а я думаю о том, какой же я все-таки был идиот, когда нарядил ее под балахоном в эту нежную струящуюся ткань. Почему мое подсознание захотело этого? Ведь я даже не думал в тот момент о том, что должно быть под хандабом. Впрочем, хорошо уже то, что она под ним не голая. Радует, ох, как радует! Настолько, что впору и, правда, в бордель, тем более что он недалеко, а там Хирра, милая Хирра, гибкая и белокурая...
- Спокойной ночи, Верлиозия. И пусть тебе приснится что-нибудь приятное, - говорю и быстро выхожу, не позволяя себе передумать. Не нужны мне эти сложности, не нужны. Моя жизнь и так похожа на отстойник, только дракона в спальне там не хватает для того, чтобы с чистой совестью сунуть голову в петлю.
На улице темно. Ночи в Шактистане черны и беспросветны, и наступают внезапно. Казалось бы, только что, вот оно солнце, а минуту спустя раз - и выключили светило. Впрочем, мне это не мешает, дорогу знаю хорошо. Здесь всего-то три квартала. Можно бы и телепортироваться, только зачем? Ночь хороша, полна запахов и звуков, а опасаться мне нечего - даже если и рискнет кто из ночных поэтов лишить меня собственности, я с удовольствием позабавлюсь, внушая ему необходимость соблюдать законы.
Когда Вера исчезла, я понаблюдал некоторое время за действом на площади - тем самым заклинателем с выкрашенными в разные цвета полудохлыми гадюками, а потом отправился бродить по городу. Заклинатель меня не впечатлил. Парочка слабеньких заклинаний, который он выучил для подчинения себе гадов, действовала не всегда - парню явно не хватало и сил и выучки. Тогда случилась пара забавных эпизодов - лишенные контроля змеи пытались уползти от своего повелителя подальше, публика визжала и разбегалась. Каждый раз это заканчивалось одинаково - змеи были изловлены, представление продолжалось. В общем, не представляю себе, где там Вера могла почувствовать присутствие Терина, им даже и не пахло.
Я не стал дожидаться выступления следующего претендента на внимание посетителей рынка - тех самых циркачей с девочкой, силачом и собакой - и ушел. На душе было пусто и тоскливо. Я понимал, что искать дракона бесполезно. Если захочет, вернется сама. Нет - продолжу поиски племянника самостоятельно.
Вернулась. Предприняла нелепую попытку затащить меня в постель, или просто поиздеваться решила. Кто ее знает?
И теперь я из-за нее ночью тащусь в бордель, и ни радости на душе, ни предвкушения. Только мерзостные какие-то предчувствия. Настолько мерзостные, что я останавливаюсь, пытаясь вычислить их источник, и не успеваю. Звезды вдруг исчезают куда-то, и не чувствую больше ничего.
Верлиозия
Реакция Ларрена на мою невинную выходку ожидаема. Пустил слюну и гордо удалился, сделав вид, что ему все равно. Обидно не то, что он ушел, а куда ушел. В бордель. У него там постоянная девка - хрупкая и гибкая блондинка.
Чем я хуже?
Подхожу к зеркалу. Изучаю свое отражение. На мне все еще нижнее платье из тонкой, почти прозрачной, ткани, струящейся по телу и облегающей фигуру в нужных местах. Я тоже гибкая. И хрупкая. По крайней мере, могу быть такой, если захочу.