Крепче обнимаю Ларрена поперек груди, поддерживая на тот случай, если он устанет физически. Долгое стояние в неудобном положении - на коленях, для людей утомительно.
Нахожу конец зеленой паутины, осторожно тяну и начинаю распутывать узелки и переплетения, аккуратно сматывая их в клубок.
Терин сидит неподвижно. Глаза его пусты, он будто превратился в куклу без проблесков разума. Он теперь ничто, и если мы ошибемся, так им и останется. Но мы не ошибемся, у нас все получится, я в этом не сомневаюсь. Скоро мой котенок снова будет со мной, а светящийся зеленым светом клубочек звериной сущности станет приятным дополнительным призом, которому я когда-нибудь найду применение.
Ларрен уже закончил свою часть работы, и устало привалился ко мне спиной. Теперь его задача удержать беспокойные желто-голубые искры в том месте, где он их собрал. Мне осталось совсем немного, нужно только распутать вот эту замысловато сплетенную сеть вокруг головы.
- Ты всегда это видишь? - шепчет Ларрен, совершенно уверенный в том, что не помешает мне. Кажется, я слишком глубоко впустила его в себя.
- Я это вижу, когда мне нужно видеть.
- И на меня так смотрела?
- Нет. Зачем? А ты хотел бы посмотреть на меня?
- Не отказался бы.
- В нас переплетены две ипостаси - человеческая и драконья. У меня эти переплетения еще нестабильны. Мое духовное развитие завершится, когда мне исполнится сто двадцать один год, вот тогда будет, на что посмотреть. Все. Я закончила. Ларр, держи Терина, я сейчас выдерну клубок.
Это самое сложное. Звериная сущность, пока я ее распутывала, недовольно ворчала, но в целом вела себя спокойно, потому что ее не пытались вырвать из тела. Сейчас я сделаю именно это. Главное, действовать быстро, не давая ей опомниться, и сделать это так, чтобы вслед за зверем из тела не выскользнул человек.
- Держи крепко!
- Я знаю, - шепчет Ларрен, - ты впустила меня очень глубоко. Я чувствую тебя почти как самого себя.
Меня охватывает странная нежность, от нее горячо в области солнечного сплетения и тепло в груди. Не удерживаюсь, с урчанием прикусываю ухо мага.
- Веррра! - протестующе рычит он и, противореча сам себе, теснее прижимается ко мне.
- Не отвлекайся, сладкий, - игриво шепчу я и резко выдергиваю светящийся зеленым светом клубок.
Волной силы меня отбрасывает назад. Ларрен остается рядом с Терином, благополучно удерживая его человеческое "я" на месте.
Окутываю свою добычу защитным коконом и аккуратно кладу на стол. Она мне еще пригодится.
- Вера, что дальше? Почему он сидит, как неживой?
Ларрен обеспокоен. Выдернув звериную сущность, я разорвала наш с ним контакт, и он больше не видит моими глазами.
- Желто-голубые искры, которые ты собрал, займут свое место в его теле, заполняя разум так, как должно быть. Теперь там нет зверя, и им ничего не мешает. А котенку в это время лучше спать.
Подхожу, легким касанием к виску усыпляю Терина, подхватываю его на руки, не давая улечься на полу, и переношу на кровать. Ларрен провожает меня странным взглядом.
- Что? - спрашиваю я, укрывая Терина покрывалом и поправляя его спутанные волосы.
- Ничего. Я забыл, что ты дракон и для тебя не проблема носить мужчин на руках.
- Люди легкие, - пожав плечами, сообщаю я. - И другие существа тоже.
- Женщины других рас не носят мужчин на руках.
- Думаю, даже хрупкие эльфийки при необходимости это делают, - возражаю я.
- Но не тогда, когда рядом есть мужчина.
Ларрен все еще сидит на полу, только позу сменил - облокотился спиной о стол и вытянул затекшие конечности.
- Понимаю, - мурлычу я, присаживаюсь на пол перед ним, и начинаю поглаживать его колени, легкими магическими касаниями прогоняя усталость. - У людей по умолчанию принято считать женщин слабыми и помогать им во всем. Поэтому тебе непривычно мое поведение.
- Наши женщины физически слабее мужчин. То есть, как правило, так и есть. Но бывают исключения.
- У драконов мужчины и женщины равны по физической силе. Почти равны. Все зависит от весовой категории. Например, Боруй был высокий и тонкий, почти такой же, как я. Поэтому мне было несложно победить его в не магической схватке. После того, как он снял с меня "драконью сеть", только магия брачных браслетов доставляла мне проблемы. Не будь ее, я бы убила его быстрее. И он не разбил бы мне лицо. Это было неприятно.
- Браслеты каким-то образом тебя сдерживали? - уточняет Ларрен.
- А ты не видел?
- Нет. Ничего такого. Ты просто одела на него браслет и после этого он расслабился, снял с тебя сети странного плетения... я так понимаю, это называется "драконьи сети"?
- Да, изобретение дракона для победы над драконом.
- Любопытно. А у человеческого мага такое получится?
- Если магических сил достаточно, то, думаю, да.
- Покажешь? Хотя нет. Вряд ли.
- Почему нет? Терину показывала, но у него не получилось - мало сил. У тебя может быть получится.
- И ты так просто доверишь мне секрет...
- Какой секрет? Это есть в "Драконьей магии". Я уже давно предлагала тебе ознакомиться с ней.
- Не припомню.
- Два с половиной года назад я передавала через Терина. Он не сказал?
- Я отправлял его прочь, как только он заговаривал о тебе.
- Понятно.
Пришло время вспомнить, кто я и кто он. И как он ко мне относится. То, что было между нами ночью и то, что произошло сейчас - всего лишь единичный случай. Ничего не изменилось, да и не может измениться. Сложно признаваться в этом самой себе, но я приложила немало стараний к тому, чтобы этот маг относился ко мне именно так. И изменить я ничего не смогу. Уже пыталась. Не вышло. Хватит. Дракон, который раз за разом бьется о непробиваемую стену - глупый дракон.
- Что ж, мне пора. Дело сделано, котенок найден и в порядке. Доставить его домой ты сможешь сам. Я извинюсь перед ним как-нибудь в другой раз. Прощай, Ларрен, было приятно с тобой работать.
Ларрен
Не хочу, чтобы она уходила. Смотрю на Веру снизу вверх и молчу. Какая она красивая, и этот ее жест, когда она так небрежно откидывает назад голубоватые пряди тонких и мягких волос... Эта женщина отчего-то кажется мне очень родной. Я не хочу, чтобы она уходила. Но ведь она решила так, а разве могу я ее удержать? Разве я вправе это делать?
Драконы всегда поступают по-своему. А она не хочет остаться.
Верлиозия исчезает, она уходит в свой мир, возможно, навсегда, и на душе становится пусто и холодно. Очень непривычное чувство. Нет, не в том плане, конечно, будто я никогда подобное не испытывал. Все, наверное, в курсе, что я склонен заниматься самобичеванием и жалобами на жизнь по поводу и без. Что, нет? Ну, так я говорю, что это для меня не новость. Это - норма. Сегодняшнее же мое состояние примечательно тем... будто меня лишили какой-то части тела, что ли. И теперь нужно привыкать жить калекой. Отвратительное ощущение.
Встаю, подхожу к кровати, на которой спит, плотно укутанный одеялом, юный Терин. Рядом с ним, аккуратно свернутый, лежит его магический предмет.
Мы нашли мальчишку, мы собрали его разум заново. Все закончилось прекрасно, никто из моих близких не пострадал. Надо бы почувствовать радость и удовлетворение, да вот не получается.