Бормочу все это себе под нос, пока переодеваюсь. Я уже в своем облике - достаточно привлекательный мужчина средних лет. За последние годы я привык к ношению местной одежды, и сейчас изменять своим привычкам не собираюсь, а потому надеваю длинную, из очень хорошего тонкого полотна белую сорочку, полосатые штаны, сапоги из мягкой кожи, выкрашенной в темно-синий цвет. Сверху на сорочку надевается помесь камзола с халатом, полы которой задевают голенища сапог. Здесь это именуется дармом. На голову повязывается скромная белая чалма.
Мне не чуждо тщеславие, и я очень нравлюсь себе в большом зеркале, которое временно появляется на стене.
Вер-айлиде, бабушка султана, больше не проживает в гареме. Там ее место заняла новая айлиде. Сейчас Элиника занимает небольшой дворец почти на окраине Дарана. Она, не стесняясь, принимает у себя мужчин, что до сих пор является основанием для пересудов на центральном рынке. Ах, да, базаре.
Перемещаюсь к конюшням Дириска. У него стоит моя Пчелка. В самом деле, так гораздо удобнее - когда за лошадью ухаживает кто-то другой. Да и стоит это недорого. Впрочем, сейчас я в деньгах не нуждаюсь, и Пчелка - яркое тому доказательство. Не удивлюсь, если окажется, что нынешний султан - старший сын безвременно почившего недавно Гарея - умирает от зависти, когда видит мою кобылу.
Пчелка моя - кокетка, ей нравится всеобщее внимание. И потому к дворцу вер-айлиде мы подъезжаем танцующим шагом. При этом лошадка оглядывает прохожих томным взглядом из-под ресниц, будто призывая полюбоваться ее красой и статью. Как женщина, честное слово.
Спешиваюсь, передаю поводья лошади смазливому молодому конюху. Кстати сказать, он совершенно не похож на евнуха - стройный, ладный, усики на юной физиономии пробиваются. Но это к делу не относится. Меня приводят в приемные покои вер-айлиде, предлагают расположиться на диванчике, фрукты приносят и вино. Кошусь на это дело с подозрением. Помню я одни фрукты с вином... А потому ограничиваюсь лишь алкоголем, да и тот едва цежу.
Минут через пятнадцать в приемную вплывает Элиника. Срываюсь с места, приветствуя даму, кланяюсь. Сам, конечно же, ее разглядываю. Давно мы не виделись.
Она неплохо сохранилась для своих лет. Безусловно, ту надменную красавицу, в которую я в свое время был почти влюблен, она напоминает лишь отчасти, однако волосы у нее все еще темные, глаза - выразительные, а тело сохранило соблазнительные изгибы. Но она меня не волнует. Утратила былую прелесть, или это я приобрел иммунитет к воздействию пифий? По поводу иммунитета нужно будет выяснить.
- Садись, Ларрен, - холодно произносит вер-айлиде. Подчиняюсь.
- Разговор у нас с тобой будет сложный, - продолжает она.
На простой я и не рассчитывал. Но молчу.
- Жаль, что тебя тогда не прикончили, - заявляет Элиника, одаряя меня проницательным и горестным взглядом.
- Я не разделяю Ваших сожалений, - ухмыляясь, парирую я.
- А напрасно! Если бы мой сын не разводил дурацких церемоний, а просто свернул тебе шею, наш мир был бы счастлив и спокоен!
- Какая честь! Моя смерть - залог спасения мира.
- Не ерничай!
Не нравится мне такое начало разговора, и следует дать ей об этом понять. С выражением гнева на лице встаю и заявляю:
- Если это все, что я должен был услышать, пожалуй, я удалюсь.
- Сидеть!
А это просто удивительное хамство. Чувствую - и в самом деле, злюсь.
- Не стоит так вести себя со мною, сударыня, - рычу я в ответ.
- Ты во всем виноват! Ты должен искупить свою вину!
- Вам лично я не задолжал.
Некоторое время мы изучаем друг друга, причем я успеваю прийти к выводу, что Элиника слишком уж сдала, вон и щечки поплыли, и грудь опустилась, а также задуматься о том, сколько ей может быть лет. Уж точно не менее ста.
Наконец она со вздохом произносит:
- Сядь, пожалуйста, мне нужна твоя помощь.
Вот это уже другой разговор, а потому я занимаю прежнее место и готовлюсь к получению информации, однако, вместо этого выслушиваю вопрос:
- Ты завершил свои изыскания?
- Которые?
- По магии разума.
- Нет, конечно. Сами знаете, информации мало. Тема плохо разработана.
- А Кардагол?
- Все, что знал, он передал мне. А, кроме того, он - экспериментатор, не всегда может объяснить, что и как у него получилось.
- Да, я слышала.
Она замолкает. Терпеливо ожидаю продолжения. Начало меня уже заинтриговало.
- Понимаешь, Ларрен... Не знаю, с чего начать. Я утратила связь с Крионом.
- И?
- А перед этим мне было видение. Очень страшное видение... Будто все мои сестры... как бы перестали быть мне сестрами. Будто между нами была разорвана связь. И все так туманно...
- Замечательно. А я здесь причем?
- Ты должен...
- Повторяю еще раз. Я никому ничего не должен.
- Ларрен! Пожалуйста! Я очень прошу тебя! Ты - замечательный волшебник!
О, в ход пошли комплименты? Не ожидал.
- Отправься на остров, Ларрен!
Да... вот так сбываются мечты. Забавно, еще недавно я многое бы отдал, чтобы попасть на Крион. Сейчас мне это предлагают, а я отчего-то не испытываю радости. И, более того, уже подыскиваю в уме аргументы против этого предприятия. Пока нашел лишь один, который и озвучиваю:
- Отчего бы Вам самой, уважаемая, не отправится туда?
- Я боюсь.
- Боитесь?
Недоумеваю. Отчего-то я не думал, что этой женщине знакомо подобное чувство. Видимо, ошибался. Или она просто лжет, и причина ее нежелания появляться на острове заключается в чем-то ином. Ладно, мне любопытно, я сдаюсь.
- Как попасть на остров?
- Морем.
- А телепорт?
- Я не смогу передать ориентиры. Остров не слушается меня.
- Восхитительно. А высадиться-то я смогу? Меня не размажет каким-нибудь охранным заклятьем?
- Охранные заклятья сняты.
- Почему?
- Я не знаю!
- А откуда Вы знаете, что они сняты?
- Я отправляла туда людей, они проникли на Крион, после чего связь была с ними потеряна.
Откидываюсь на спинку дивана. Размышляю. Морем до острова при попутном ветре, впрочем, его-то я всегда обеспечу, двое суток пути. Другое дело, нужно ли мне это? Не проще ли отправить на корабль кого-нибудь из магов, чтобы он, взяв ориентиры с вставшего на якорь неподалеку от Криона корабля, вернулся за мной? Сам отвечаю на этот вопрос. Не проще. Едва ли я готов довериться мастерству в области телепортации какого-то неизвестного мага. Ладно, решено, плыву.
Об этом я и сообщаю Элинике.
- Спасибо, - шепчет она, хватает мои ладони в свои и заглядывает в глаза этаким особенным взглядом. И я тут же окончательно решаю, что магия пифий на меня больше не действует, а потому прощаюсь и торопливо исчезаю, велев напоследок отвести Пчелку обратно к Дириску. Сейчас мне не до красования перед публикой. Доберусь и телепортом.
Верлиозия
На третий день моего пребывания на Крионе остров со всеми его обитателями был полностью в моем распоряжении. Ровно как и гости острова, которых за это время прибыло около двух десятков. Становилось скучно. Очень скучно. Окончательно я это поняла, когда пифия по моей просьбе нырнула со скалы в море. До моря было далековато, она не допрыгнула и разбилась о прибрежные валуны.
- Упс, - буркнула я, поняла, что происшедшее не радует, и уныло уставилась на приближающийся к острову корабль. Новая порция послушных идиотов.
Надоело.