— Дурачок ты, — беззлобно усмехнулся старик, — и авторы эти дураки! Это не ты, это они бы тебе в Древнем Риме показали. Только не развлечения в лупанариях и на оргиях, а как рабы добывают серебро в подземных шахтах. Ты что? Знаешь латинский язык? Имеешь какие-то знания или умения, чтобы там что-то менять или развивать? Ты даже историю Древнего Рима не знаешь, чтобы встать вовремя на нужную сторону истории! Вписался бы за Марка Антония, например, а Октавиан Август тебе бы башку твою глупую и оттяпал! Ты же без Википедии шага ступить не можешь! Невежа!
— Хватит меня обзывать! — разозлился неуч.
— А кто тебя обзывает? — удивился старик, — я просто описываю тебя с научной точки зрения! Так сказать, классифицирую!
— Это обидная классификация, и прошу ее ко мне не применять! — не отступал Виктор, — а еще профессор называется!
— Так кто тебе, убогому умом, правду еще скажет? Как не я? — рассмеялся профессор, — вообще радуйся, тебе страшно повезло, не знаю, только вот за что!
— Чем же мне так повезло? — ехидно спросил Виктор, — мама мне дома вечно мозги компостирует, в школе мозги пудрят, а теперь и в голове появился персональный старпер, который тоже меня учить взялся! Теперь совсем житья от всех таких учителей не будет!
— По моему, дурака учить — таки только портить! — парировал Артем Николаевич, — а повезло тебе, Виктор в том, что это я, как ты выразился старый пердун, попал в твою голову. Гораздо хуже было, если бы ты такой молодой да ранний попал в мою голову, глубокого старика! Вот тогда тебе твоей Лены не видать было, как собственных ушей. И вместо радости жизни, мы с тобой ходили бы по врачам, пили таблетки, ели бы такую постную пищу, на которую даже мухи не садятся! А также страдали кариесом, запором, артритом, геморроем и простатитом! И нас бы молодые, да и не молодые девушки, не любили бы! И пахло бы от нас как от старого козла! Росли бы уши, и волосы из ушей! Более того, и в ванной комнате мы бы только с печалью смотрели на наше увядшее мужское достоинство! Теперь понял? Я тебя узнал, ты со мной ехал в автобусе на сиденье через проход.
— Так это Вы? — поразился Виктор, — я Вас тоже узнал. Вы были такой солидный и представительный!
— Да! — самодовольно ответил профессор, — я всегда пользовался большим успехом у студенток! И некоторым, особенно красивым, не отказывал во внимании! Исключительно в педагогических целях, чтобы не навредить отказом их самооценке!
— Правда! — оживился юноша, — а может быть Вы поможет мне с Леной? Я буду Вам очень благодарен, и не буду против того, чтобы Вы у меня жили в голове. Если не будете меня все время обзывать и оскорблять!
— Как будто ты можешь этому хоть как-то помешать, — усмехнулся старик, — в любом ином случае на эту просьбу, сравнимую по вероятности исполнения и реализации только со вторым пришествием Христа, или открытием разумной жизни во Вселенной, другой бы ответил предложением сразу сигануть с крыши головой в асфальт, чтобы не мучаться! Но не я! Я готов тебе помочь! Но у меня два условия!
— Я на все готов! — обрадовался, даже призрачной возможности окучить неприступную красавицу, юноша.
— Смотри, обратно дороги не будет! Я же от тебя не отстану, пока человеком не сделаю. Только твоя смерть сможет остановить эту педагогическую поэму! Скажу сразу, просто не будет! — строго сказал профессор.
— Неужели так все плохо? Я так и знал! — упавшим голосом спросил Виктор.
— Знал? — саркастический произнес Артем Николаевич, — если бы ты знал, то давно бросил даже мысль об этом! Ты на себя то посмотри, дрыщ несчастный! Кто ты сейчас? И где она! И красавица, и умница и спортсменка! Была у меня она студентка, бывшая балерина! Господи, что она вытворяла в постели! Один раз чуть не ушатала меня до смерти! — впал в сладкие воспоминания злостный нарушитель всех высоких этических стандартов и педагогических норм поведения преподавателя отечественной высшей школы, одним словом позор педагогического корпуса, — да! Кроме того, она отличница и знает три языка! А сколько знаешь ты?
— Да, все очень плохо для меня, — грустно повторил юноша.
— Плохо ? Если было бы просто плохо, то это было бы уже хорошо! Твой нынешний уровень это даже не ноль! А глубокий минус! Чувствую, я еще больше поседею и облысею, и не только на голове, и еще потеряю половину нервных клеток на этом многотрудном пути! Но что не сделаешь, для товарища по одной голове! Кстати, а какому виду попаданца относится наш случай? — поинтересовался профессор.