— Не знаю, — растерялся юноша.
— А что ты вообще знаешь? — вздохнул старик, — ладно, есть у меня идея, как проверить достоверность этого попаданства. Не иллюзия ли эта эта какая-то.
— И как? — заинтересовался Виктор.
— Скоро узнаешь, мне нужно подумать, — ответил профессор.
— Здравствуйте! Воронов Виктор Иванович? — в палату без стука уверенной походкой вошел полноватый человек среднего возраста в мешковатом костюме с папкой в руках, — следователь, Иванов Юлиан Аполлонович! Я занимаюсь аварией в которую Вы попали.
— Да, родители этого следака были большие оригиналы, — усмехнулся профессор, — хотя до Васисуалия Лоханкина ему далеко! И не вздумай ему про нас рассказать, и вообще иди в полный отказ, ничего не видел, ничего не помню. Ехал, задремал, очнулся — гипс! А то потом по допросам и суда затаскают! Будешь в эту дыру как на работу из Москвы ездить.
— Какой Васисуалий? Какой гипс? — не понял зумер.
— Про гипс не нужно, — недовольно ответил старик, — классику не знаешь. Очнулся на больничной койке. И смотри — не перепутай, лжебольной!
— Здравствуйте! — ответил юноша.
— Я присяду, — и следователь сел на стул, — мне нужно взять у Вас показания по этой аварии.
— Пожалуйста, но только я ничего не помню! — ответил Виктор, — я сел в автобус, потом задремал, удар, очнулся уже в палате!
— Понимаю, это просто формальность! — мужчина заполнил протокол, юноша подписал его, и он ушел, пожелав ему скорейшего выздоровления.
— Нужно маме позвонить, сообщить ей, — подумал Виктор.
— Не думаю, что это нужно делать! Она будет волноваться, сорвется с места, приедет, увезет нас. А мы еще тут не завершили все дела! — возразил пенсионер.
— Это какие дела? — не понял юноша.
— Не знаю как ты, — ответил профессор, — а я не могу поверить во всю эту антинаучную ересь с попаданством! Мне нужно проверить это и убедиться самому!
— Так проверяйте! Но предупреждаю, я с крыши головой с асфальт, или под поезд, или под асфальтовый каток бросаться для этого не буду! — предупредил его владелец их общего тела.
— Без тебя мне не обойтись! — вздохнул старик, — чувствую себя как парализованный! Ты помнишь, что я обещал тебе помочь, но у меня два условия.
— Да, но Вы не сказали, какие это условия, — согласился Виктор.
— Первое, нужно проследить, чтобы меня достойно похоронили, — сообщил профессор, — а во вторых, нужно забрать то, без чего нельзя реализовать ни один план, тем более такой грандиозный, на грани невыполнения, как наш! Покорение сердца Лены!
— И что для этого нужно? — с нетерпением спросил юноша.
— Всего три вещи: деньги, деньги и еще раз деньги! — ответил Артем Николаевич.
— А где же мы их возьмем? — растеряно спросил незадачливый влюбленный, — у нас с мамой ничего нет.
— Я в этом даже не сомневаюсь, — вздохнул старик, — но зато они есть у меня. И как только мы отсюда выйдем отправимся сначала за ними, а потом к моему адвокату. Поговорим насчет похорон. Он, наверное, еще даже не знает, что я умер. А эти зароют меня в общей могиле для неизвестных и невостребованных тел. А я заслуживаю того, чтобы лежать рядом с моей женой. Ну что, согласен? А потом займемся тобой. Будем из чмо, которым ты сейчас являешься, делать мачо! Готов?
— Да! — с радостью согласился юноша.
Через два дня Виктора выписали и он снова отравился на автобусную остановку, снова сел в автобус номер тридцать два и снова отправился туда, куда он не доехал прошлый раз… Ранее он позвонил маме, которая места себе не находила, так как люди к которым он ехал, сообщили ей, что он не приехал. Он успокоил ее сказав, что нашел подработку на стройке в Шатуре, неплохо заработал, и скоро приедет домой с деньгами. А ей не звонил, потому что знал, что она будет недовольна Мама успокоилась и попросила его быть осторожным и скорее возвращаться.
На этот раз поездка прошла без происшествий. Автобус возле места аварии, где валялись разбитые стекла и был рассыпан песок, а также лежали цветы притормозил и дал сигнал, а потом снова набрал скорость. Они проехали Керву, обогнули Святое Озеро и приехали наконец в Северную Гриву.