Джеф не целился, однако удача в кои-то веки оказалась на его стороне: получив водой точно в морду, Чиль отпрянул. Зато Кусака с Дрищом немедленно кинулись вперёд. И тоже были встречены струёй воды, только на сей раз Джеф не осторожничал, а искупал их от души и отбросил от себя подальше.
Ачам Владыки Радуг такой поворот пришёлся по вкусу. Они отступили, посылая сигналы примирения: те, у кого серебра на перьях было поменьше, попрятали клювы под крылья, а Тормоз, Юг и ещё один с ног до головы серебряный ач перестали сверлить Джефа пристальными взглядами. Чудик, Балабол и ещё с десяток ачей Рассветного Пламени тоже уткнули носы в подкрылки. Только после этого Чиль медленно, словно нехотя повернулся в профиль и показал Джефу отражение воды в крыле.
Танцор приказал своим ачам чуть отойти, а сам направился к Джефу. Шёл он медленно, чинно, ничем не выказывая угрозы, но в то же время ясно давая понять, что снисходит к подчинённому. Джеф не стал нарываться на ссору, отвернулся и посмотрел на вождя клана через отражение в лезвии топора. Это успокоило ачей Рассветного Пламени, но зато со стороны Тормоза и компании прилетело несколько возмущённых бликов. Самый серебряный из них встопорщил перья и решительно зашагал к Джефу. «Ага, — подумал тот, — а ты у нас, значит, Владыка Радуг. Буду звать тебя Клубком. Ну, что сказать… Осанки и грации Танцора тебе не достаёт. Но возможно, ты не глупее его? Тогда у нас есть шанс договориться».
Видимо, у ярчайших имелись свои правила этикета. Танцор подошёл к Джефу первым, и потому первым начал разговор. Клубку пришлось ждать, но он напустил на себя такой величественный вид, что сразу стало понятно: старший и более мудрый делает юному собрату одолжение. Танцора это ничуть не смутило. Он показал Джефу отражение неба и воды в подкрылке («Не бойся, ты в безопасности»), а потом спросил светознаками:
— Шум делает воду?
Джеф ответил знаком согласия, и Танцор тут же проницательно заметил:
— Ты делаешь шум.
Снова получив подтверждение своим догадкам, он предложил:
— Шуми для Рассветного Пламени. Будет вода — будешь жив и сыт.
Клубок кинул на Танцора короткий свирепый взгляд, но вмешиваться в разговор не стал и сразу же отвернулся.
Джеф ответил отрицательным знаком.
— Шуми для Владыки Радуг, — великодушно предложил Клубок.
Джеф вздохнул, подышал на лезвие топора, потёр его о комбез и, с трудом подбирая самые простые светознаки, ответил:
— Шум воды делаю для себя.
— Здесь земля Владыки Радуг, — возразил Клубок.
— Теперь нет. Уходите, чтобы не сгореть, — спокойно просигналил Клубку Танцор.
— Без меня станет ничья, нет воды, — нагло заявил обоим ярчайшим Джеф. — Огонь с небес мешает растить еду, не нужен.
Клубок с Танцором почти одновременно метнули друг другу под ноги яркие блики, но Танцор на долю мгновения запоздал. Он спрятал голову под крыло, а Клубок предложил:
— Владыка Радуг скроет шум и даст еду. Растить не придётся.
Ответить Джеф не успел. Клубок резко щёлкнул клювом и спрятал голову под плотно прижатое крыло. Настала очередь Танцора.
— Рассветное Пламя оставит на земле тех, кого укажешь. И даст…
Последний светознак был Джефу незнаком. Он включал в себя простые обозначения камыша, земли и роста. «Имеется виду плодородный грунт?» — предположил он. Переспросить не успел: Танцор тоже щёлкнул клювом, подавая знак Клубку. Оба отвернулись от Джефа, направив в его сторону гладкие зеркальные надкрылья. «Эх, — подумал Джеф, — всё-таки эти поганцы не видят во мне равного. Они думают, что оказывают мне милость, позволяя выбрать, кому продаться».
Ярчайшие долго ждать не привыкли, ответ следовало дать немедленно. Джеф зажмурился и рискнул: послал солнечный зайчик в крыло Танцора. Клубок сверкнул на своих, шумно расправил крылья, и клан Владыки Радуг взмыл ввысь. Серебрянокрылые Рассветного Пламени окружили Джефа, повернув к нему зеркальные перья, один только Танцор нахохлился, став почти матовым. И Джеф понял, что происходит. Каждый серебрянокрылый имел самок, детей и белокрылых подчинённых, и значит, указав на одного из них, Джеф выберет себе сразу десятка полтора соседей. «А, была-не была, — подумал Джеф, посылая солнечный зайчик в Чиля. Может, это не слишком честно по отношению к Гондолину, но в выборе проблем на свою голову я консервативен».