Через несколько дней Марио привёз для Мэри письмо из Гондолина.
— Ну наконец-то, — сказала она бодро, распечатывая конверт. — Хоть что-то теперь сдвинется с мёртвой точки!
Однако радость её была недолгой. Пробежав глазами первые строки, Мэри притихла, потом нахмурилась и швырнула письмо на стол.
— Что случилось? — поинтересовался Марио с террасы. Он довольно шумно возился снаружи, скрёб и стучал по стене. — Гондолин-ньюз сообщают о прорыве тёмных сил? Сдвиг с мёртвой точки произошёл, но не в ту сторону, и случился очередной пробой дна?
— Не вижу ничего смешного, — ответила Мэри строго. — Ты только посмотри! Они в самом деле думают, что я буду переводить это? Да Владыка Радуг, услышав такое, просто нарушит договор о перемирии, а в доказательство скинет во двор Химедзи твою исклёванную тушку.
— Мэри, лапочка, этот поганец уже нарушил перемирие, когда его ачи повредили защитный купол.
— Уверена, купол снова треснул потому, что настоятель Химедзи сэкономил при замене стекла! Огнекрылые, в отличие от людей, всегда соблюдают договоры!
Марио вернулся в пещеру, вытер об себя руки и подхватил брошенный Мэри лист:
— Ну-ка, что тут… А, всего-то требование очистить окрестности замка и не мешать реконструкции купола. В чём проблема?
— Вроде бы, работы такого сорта ведутся по ночам, — заметил Джеф. — Как ачи могут им помешать?
— Очень просто: перестать улетать. В Химедзи крылатые ребята расселись по стенам и караулят замок в две смены. Естественно, никто не может ни попасть внутрь, ни выйти наружу. И так уже месяц.
— Хм… Мило. А как насчёт того, что ачи не видят в темноте?
— Сильное преувеличение. И потом, уши-то им с наступлением темноты не закладывает. Но кое в чём Мэри права. Настоятель Химедзи сам напросился на неприятности: долго тянул с плановой заменой купола и не уменьшил мощность излучателей, как обещал.
— Вот именно! — горячо воскликнула Мэри. — И после этого Гондолин предлагает нам угрожать клану Владыки Радуг. Смотрите, что они пишут: «Если требования не будут выполнены в течение двух дней, излучатели всех замков начнут обработку ближайших островов в форсированном режиме». Это уже за гранью! Мало того, что такие действия — самое настоящее убийство добытчиков, находящихся на островах, это ещё и ужасно несправедливо. У огнекрылых нет общего правительства, их кланы живут сами по себе. Из-за конфликта с Владыкой Радуг ссориться со всеми соседями разом — глупо, неразумно! Нет, я не буду переводить.
Марио осторожно погладил Мэри по руке и сказал примирительно:
— Лапушка, но ведь нам не нужны проблемы…
— У нас уже проблемы, Марио! Уже!
— Ладно. Знаешь, что? Не вопи сейчас, успокойся. Может, можно всё то же самое сказать как-нибудь по-другому, повежливее, чтобы огнекрылые хотя бы не взбеленились сразу?
Мэри замерла, прикусив губу. Потом на лице её появилась едва заметная тень улыбки.
— Сказать по-другому? Да, пожалуй. Я попробую. Только дайте подумать, не мешайте мне, хорошо?
Марио подмигнул Джефу и кивнул на выход из пещеры:
— Идём, поможешь немного.
Выбравшись на террасу, Джеф сразу увидел, чем именно стучал и шуршал Марио. Возле входа в пещеру были вделаны крепкие петли, а рядом стоял толстый щит, по расцветке похожий на стену вокруг.
— Что это? — спросил Джеф.
— Текстолит, — Марио с довольным видом похлопал ладонью по щиту. — Отличная прочность, и весит всего ничего. Давай поставим дверку на место.
— Я и сам вижу, что это дверь, и что она из текстолита, — проворчал Джеф, придерживая край щита, пока Марио закреплял петли. — Но зачем?
— Ты ещё слишком молод, вот и не понимаешь простых вещей. Объясняю на пальцах: если у нормального человека через полгода родится ребёнок, то ему необходим дом. Нормальный, со всем, что полагается, в том числе — с надёжной дверью, которую можно закрыть на замок.
— По-моему, Марио, ни фига ты не нормальный. Если у нормального человека через полгода родится ребёнок, он берёт жену в охапку и драпает с этой планеты как можно дальше.
— Зачем? Здесь неплохо: тихо, воздух чистый, дешёвая коммуналка…
— …ачи…
— А на других планетах — люди. Какая разница? Везде одинаково. Да, кстати! Тебе тоже почта. Мэри не показывай, обидится.
Джеф взял конверт. Внутри лежал дубликат полученного Мэри письма, а ниже чётким, убористым почерком брата Эндрю добавлены особые распоряжения. Джефу предлагалось проконтролировать точность сделанного Мэри перевода, а если обнаружится искажение смысла — внести поправки и сообщить о них Марио в личной беседе.