На всякий случай Джеф спустился на пляж, отыскал в камышах Клячу и задал вопрос, скоро ли обещал за ней возвратится Полуденный Ветер. Ачиха задумалась ненадолго, потом выбрала стебель камыша и сделала на нём клювом зарубку между шестым и седьмым междоузолием.
Такого знака Джеф не помнил. Помеченный Клячей стебель он забрал с собой и вечером показал Мэри:
— Посмотри-ка. Это что-нибудь значит?
— Шесть с половиной месяцев, — ответила Мэри, едва взглянув на камыш. — А тебе зачем?
— Да так просто, интересно…
Как и предполагал Джеф, первыми на остров заявились люди. Произошло это дней через пятнадцать или двадцать после вылупления ачат.
Погода в то утро стояла прекрасная: Астерион припекал не слишком жарко, и с моря дул прохладный, лёгкий ветерок. Мэри ушла на берег стирать бельё. Кляча с семейством паслась где-то в камышах. Джеф сидел в тени у входа в пещеру и пытался надеть кроссовок: тот давно уже просил каши, приходилось каждый день плести поверх него что-то наподобие лаптя.
Джеф закрепил на лодыжке верёвочные завязки, вытянул ногу, полюбовался своей работой, потом пару раз лягнул воздух, проверяя, хорошо ли держится подошва…
Яркий солнечный зайчик сперва ослепил Джефа, сверкнув прямо в глаза, а потом переместился ему на грудь. Проморгавшись (и заодно помянув бодрым словом мать неведомого шутника), Джеф увидел возле мыса корабль, обычный парусник из тех, что развозят по замкам туристов. На корме стоял высокий мужчина в лётном комбинезоне с зеркалом в руке. Джеф почувствовал, как по спине понеслись стада мурашек: в моряке он узнал брата Эндрю.
«Принесла нелёгкая, — подумал он, быстро обшаривая взглядом пляж. К большому облегчению, ни Мэри, ни Клячи с птенцами не заметил. — Что этой сволочи здесь понадобилось? И почему опять парусник?» Солнечный зайчик тем временем переместился с груди Джефа под ноги и недвусмысленно указал на тропу. «К себе зовёшь? Ну ладно, я-то приду. Только не думай, что тебе здесь рады», — подумав так, Джеф сунул за пояс топорик и бегом направился в сторону мыса.
Где-то в середине пути Джеф сбавил ход, потому что заметил у Эндрю за спиной лазерную винтовку. Тот сразу понял причину заминки: снял с плеча ремень, положил оружие на пол и оттолкнул от себя.
Подобравшись как можно ближе к кораблю, Джеф встал таким образом, чтобы в случае опасности мгновенно спрятаться за камни, и крикнул:
— Чего надо?
Эндрю поморщился, приложил палец к губам. Когда он наклонился, Джеф едва не сиганул в укрытие, однако Эндрю тянулся вовсе не к винтовке. Он поднял с палубы чёрную доску, взял кусок мела и написал:
«Не ори».
Джеф кивнул. На доске появилась следующая надпись:
«Спускайся вниз, я пришлю за тобой лодку».
Джеф начертил в воздухе пальцем вопросительный знак.
«Надо поговорить».
Джеф поднял руку и продемонстрировал известный всем людям жест невежливого отказа. Эндрю криво усмехнулся, написал на доске: «Кому ты нужен, параноик хренов», потом стёр и сделал новую надпись:
«Тогда принимай меня в гости».
Поразмыслив немного, Джеф кивнул. «Эндрю опасен даже без оружия, — промелькнуло у него в голове, — но если дойдёт до драки, топор в руках будет веским аргументом в мою пользу. Если же всё ограничится разговорами, хоть спрошу у него, что так славно горело в Гондолине. Эндрю, конечно, тоже захочет взамен получить какую-то информацию… Да и фиг. Если придётся выложить лишнее, всегда можно после воспользоваться топором. А улики скормить Кляче».
Возможно, кровожадные мысли Джефа слишком ясно отразились у него на лице. А может, Эндрю заранее предполагал, что при встрече с островитянами придётся как-то обеспечивать собственную безопасность. Он сделал рукой приглашающий жест, и на палубу поднялись Фрэнк с Кати. Следуя указаниям Эндрю, Фрэнк подобрал винтовку, снял её с предохранителя и направил в сторону берега. А Эндрю написал на доске: «Вернусь на корабль — тоже пойдёшь домой целым и невредимым. Так что без фокусов, Крысёныш».
Земля благословенной тишины
Они встретились в узкой полоске тени у подножия горы. Эндрю молчал, сидел в расслабленной позе, отвернувшись к морю, но каким-то шестым чувством Джеф угадывал, что равнодушие это напускное, на самом деле келарь внимательно следит за каждым его движением.
— Чего ждём? — скользнув по Эндрю неприязненным взглядом, спросил Джеф. — Говори, зачем звал, или я пойду. Нет времени на посиделки.
— Ну и одичал же ты, Крысёныш: зарос, как свинья, старшим грубишь…