Кати вскинула бровь и посмотрела на него с живым интересом.
Следующую остановку сделали уже при свете Астериона. Утренний остров сильно отличался от ночного: маленькая скала отвесно поднималась над тростниковыми зарослями. Джеф подумал было, что вылазка к роднику откладывается, но Кати сунула ему в руки рабочие перчатки и бухту верёвки и скомандовала: «Вперёд».
Этот родник не нуждался в глиняной облицовке. Ачи подтесали камень так, чтобы вода собиралась в большой природной купели прежде, чем хлынуть с обрыва вниз.
Выход трубы открывался на стене, и заглянуть в нее, не опустив голову в ледяную воду, не представлялось возможным. Но Кати не даром принесла с собой небольшой рюкзачок. Из него она достала несколько пробирок, сантехнический эндоскоп с тридцатиметровым шнуром и аккумулятор с механическим приводом. Джефу, естественно, доверили крутить рычаг.
Мэри с наступлением дня ожила, взбодрилась и стала выглядеть абсолютно нормальной. Она спокойно и без лишних вопросов выполняла все указания Кати, а с Джефом была мила и вежлива, будто с одним из туристов. Видимо, любые воспоминания о прожитых рядом с ним месяцах полностью выпали из её памяти.
Джеф опасался, что при встрече Мэри с Клячей снова случится скандал, но вышло совсем иначе. Едва завидев ачиху, Мэри попросила у Катарины пару зеркал, и остаток дороги они провели за оживлённой беседой. Джеф принёс с последнего острова в каюту Мэри корзинку рапанов и со вздохом облегчения закрыл за собой дверь: наконец-то за ним по пятам не таскалась больше вереница ачей, и можно было подняться в каюту к Кати, не оставляя за собой дорожку из перьев и дерьма.
Тем временем Кати уже получила от Элис результаты анализа проб воды. Джеф нашёл обеих за просмотром записей эндоскопа. Изучив их, Кати воскликнула:
— Ну да, я так и думала! Это же промышленный сток!
— Не понял? — удивился Джеф.
— Вода, которую мы набрали из родника — дистиллированная, абсолютно чистая. Но это не просто случайная утечка. Состояние трубы идеальное, за ней следят. Похоже, ачи приспособились жить рядом с чьим-то стоком.
— Но это же не какая-нибудь грязь, а чистая вода.
— Подумай сам: за исправностью какой системы мы тщательно следим, в то же время не заботясь о сохранности того, что по ней льётся? Видимо, для наших глубоководных соседей эта вода — всего лишь отходы. А ачи ей пользуются. Только, понятное дело, им приходится следить за порядком у выхода из трубы. Хотя бы для того, чтобы об этом пореже беспокоились хозяева. Потрясающе. Интересно, что это за существа и можно ли установить с ними контакт?
Джеф внезапно вспомнил, при каких обстоятельствах познакомился с Кати: та вместе с одной из трудниц прочищала канализацию замка. Пожалуй, в устройстве систем водоотведения она разбиралась куда лучше него. Зато сам Джеф за последний год узнал очень многое о выживании. Поэтому его мысли текли в совсем другом направлении. «Вот, оказывается, что заставляет ачей жить так тесно и придерживаться столь жёстких правил, — думал он. — На Парадизе нет других доступных им источников пресной воды. А люди, прилетев сюда, привезли с собой опреснители, и потому никогда не задумывались об истинном положении дел».
В Гондолин корабль пришёл только в полдень. Выгрузившись на пристани, Джеф легко нашёл в небе яркую звёздочку — огнекрылый страж неподвижно парил в поднебесье, так же, как много месяцев назад, когда мокрый до нитки Джеф пробирался к хозяйственным воротам. Сейчас они были открыты настежь, и за ними виднелся маленький двор.
На крюках под новой пластиковой крышей по-прежнему висели разобранные дельтапланы. Джеф на мгновение зажмурился, и воображение услужливо нарисовало знакомую картину: Марио, мурлыча от удовольствия, готовит к полёту крыло. Джеф торопливо покосился на Мэри. Та скользнула по лётному снаряжению спокойным взглядом и отвернулась ко входу в башню. «Неужели она и Марио уже не помнит? — подумал Джеф. — Каково это вообще: понемногу забыть все события пары-тройки прошедших лет?»
Жить так, словно никогда не было в его судьбе Парадиза: моря, ачей, острова Чиля, невозможно ярких восходов Астериона, утренних служб, нелепых эльфийских замков под куполами из огнеупорного стекла. Позабыть беспечного Марио, жуткого Эндрю, настырную Кати. Не помнить больше ни пронзительного взгляда карих глаз Мэри, ни задорных кудряшек Эми, ни робких поцелуев Бэт. Снова спокойно вести ночной эфир, а днём возвращаться в пустую квартиру…