Джеф невольно вздрогнул, словно его в жару обдало ледяным сквозняком. Нет, он не хотел ничего забывать. Парадиз силком, против воли ворвался в его жизнь и подарил ему больше, чем всё предыдущее приличное и успешное существование на Дэлиции и Тулиане.
В Гондолине всех ждали свои дела. Элис с Мэри немедленно отправились в медблок, Клячу с птенцами увела во внутренний дворик Эми, а Катарину с Джефом незнакомый трудник вежливо попросил следовать за ним.
Кабинет отца Илии был уютным и чистым. Блики солнца на стенах под потолком, свечи в бронзовых канделябрах, аккуратно разложенные по столу бумаги, сам хозяин помещения, степенный и сосредоточенный, в круглых очках — всё это живо напомнило Джефу день, когда он подписал труднический договор. Только в этот раз отец Илия был не один. В тёмном углу на высокой табуретке, словно гаргулья на карнизе храма, сидел хмурый брат Эндрю. В противоположной стороне, в солнечном блике, с безмятежным видом подпирал стену Майкл.
Отец Илия поднял взгляд от страницы книги, посмотрел на вошедших в кабинет ласково, поверх очков, и милостивым жестом отпустил трудника. А Катарине и Джефу указал на низкий диванчик:
— Проходите, устраивайтесь. Теперь, когда все на месте, с Божьей помощью приступим, — отец Илия осенил чело крестным знамением, посмотрел на образа, а затем, поправив очки, обвёл собравшихся проницательным взглядом. — Видит Господь, я долго наблюдал за каждым из вас, не вмешиваясь, позволяя каждой душе проходить собственный путь. Но теперь ждать больше нельзя: обстоятельства неодолимой силы вмешались в наши планы и требуют действий. Причём целенаправленных и совместных, — здесь настоятель сделал паузу, многозначительно подняв перст к небесам. Майкл вздохнул, Катарина недоверчиво поджала губы.
Отец Илия вдруг оставил пастырский тон и сказал совсем обыденно:
— Ситуация с ачами и раньше была неустойчивой. Но с появлением новых… хм… вводных данных она вовсе зашла в тупик. Ачи научились портить излучатели, и у нас нет возможности отпугнуть их, не разбудив подводных соседей. Без излучателей у ачей нет причин посещать замки, а нам, соответственно, нечего предложить туристам.
Джеф вдохнул, собираясь высказать всё, что думает по поводу дельцов в рясах и их способов заработка, но отец Илия решительно и мягко обратил к нему раскрытую ладонь:
— Предвижу логичные возражения: церкви следовало бы заниматься духовным воспитанием паствы, а не стяжательством. В некотором роде верно. Однако замечу, что Единая Галактическая Церковь давно перестала быть только лишь местом духовных практик. В отличие от других религиозных и эзотерических сект мы ведём активную работу в этом мире, здесь и сейчас. Принимаем всех нуждающихся в помощи, бесплатно лечим, обучаем и трудоустраиваем, предоставляем возможность вести осмысленную и свободную от пороков цивилизации жизнь. Таким образом ЕГЦ реализует социальные программы, давно закрытые планетарными правительствами из-за нерентабельности.
На большинстве светских планет миссиям ЕГЦ не рады. Это логично: храмы бесплатно снабжают нуждающихся жителей тем, что они в противном случае были бы вынуждены покупать. Однако помешать работе ЕГЦ светские власти не могут, ведь она, как ни глупо это звучит, исправно платит налоги и вносит большой вклад в экономику планет. Запрещать деятельность ЕГЦ тоже поздно и бесполезно: церковь является собственником ряда закрытых миров, предлагающих жителям галактики уникальные товары и услуги. Полученная от них выручка тратится на охрану и развитие самих закрытых миров, а также внешнюю благотворительность, а вовсе не оседает в чьих-то карманах. Джеффри, я ответил на твой вопрос?
Джеф неохотно кивнул. Отец Илия продолжил:
— Тогда вернёмся к нашей проблеме. Каждый из присутствующих здесь осознанно и добровольно выбрал из имеющихся жизненных альтернатив монашеское служение. Сворачивание проекта Парадиз означает для всех нас всего лишь перевод в другие поселения, нуждающиеся в младшем персонале. Например, Назарет или Вавилонию. Скажите прямо: кого из вас это устраивает?
Джеф поёжился, представив себе сельхозобщину со строгим уставом, и подумал, что он за последнее время слишком привык к вольной ачьей жизни. Карьера огородника и полевода не казалась ему привлекательной. Видимо, подобные мысли посетили и остальных.
— Замечательно, — сказал Илия. — Тогда продолжим. Чтобы проект функционировал, нам следует решить основную проблему: вернуть к замкам ачей, не потревожив подводных жителей. Мы располагаем достаточными для этого финансовыми и интеллектуальными средствами, однако топчемся на месте, теряя прибыль и подвергая опасности жизни людей. Причина проста: лидеры общины и уникальные специалисты вместо того, чтобы объединить усилия, занимаются сведением личных счётов. Да-да, не надо спорить, это так. Но этот путь никуда нас не приведёт.