За спинами врагов маячила пропасть. Голодный зев Ущелья Забытых терпеливо ждал подношения, и то один, то второй оказывались в опасной близости от него. Сердце колотилось в ладонях, которыми я стискивала рукоять. Запах чужой крови забивал ноздри, пот катился градом по спине.
Шаг, ещё шаг… Они двигаются слишком быстро, кидаются друг на друга и разлетаются, как столкнувшиеся камни.
Давай же, Ренн, пожалуйста!
От страха я позабыла все слова, все молитвы богине. Прошло совсем немного времени, но для меня оно растянулось в бесконечность.
Медлить больше нельзя. И пусть Ренн потом меня хоть проклинает, я должна это сделать! Отпустив на волю всю свою смелость, всё отчаянье, я бросилась вперёд. Топор вдруг стал почти невесомым – я сумела занести его над головой, а в следующий миг раздался глухой скрежет…
Я влетела в каменную стену – преграда выросла у меня перед лицом так быстро, что я не успела отреагировать. Оружие выпало из рук, и я в неверии зашарила по холодной плите.
Что это… Как?! Как такое возможно?!
Стена отделяла меня от дерущихся и в длину была не меньше, чем три размаха рук. Я всё ещё слышала звуки битвы, слышала надсадные хрипы – они ввинчивались в голову, как раскалённые свёрла. Ноги сами понесли меня вперёд, за границы стены, и, когда я вынырнула на открытую площадку, то не смогла сдержать вскрика.
Глава 17.
Проклятье, если не этот разбойник, то девчонка меня доконает. Что она задумала, дурная?! Схватила топор и, крадучись, приближалась к нам.
Ненормальная!
Жить надоело?!
Хотелось крикнуть ей, схватить за шиворот и утащить прочь, но противник не давал мне расслабиться. Было в нём что-то дикое, необузданное, а ещё до странности знакомое. Нереальное.
Будто много лет назад со мной это уже происходило, ведь тело помнило эти движения, эти приёмы.
Я сам когда-то так дрался.
Лицо разбойника скрывала тёмная маска, лишь глаза под густыми бровями горели. Искрили.
Шаг, удар, поворот. Я почти не чувствую руки, но продолжаю биться. Я буду драться до последнего, цепляться за жизнь зубами, когтями, потому что за моей спиной стоит женщина, которую во что бы то ни стало нужно защитить. Будь она хоть трижды бестолковой и отчаянной.
Пот застилал глаза, дыхание сбивалось, и вдруг – неуловимое движение, мелькание огненных волос… И скрежет камня.
Топор бросился на меня с удвоенной силой, будто хотел покончить со мной одним движением, вложил в него остаток сил, зная, что оно будет последним.
Тело хорошо усвоило науку. Меч, как продолжение руки, и лезвие вспороло живот.
Враг отпрянул от меня, выкатив глаза и глухо рыча. Кровь толчками вытекала из раны, заливала его сапоги и камни под ногами. Тяжело, будто скованный цепями, разбойник зашатался. Вскинул руки, но орудие выпало из ослабевших пальцев.
– Реннейр!
Рамона метнулась ко мне и со стоном прижалась к груди. Морщась от боли, я обхватил её здоровой рукой.
– Куда ты лезешь, дурочка? – крикнул я в сердцах и повернулся так, чтобы, если противник решит на нас кинуться, жрица оказалась в безопасности.
Она дрожала, как осиновый листок. Я слышал, как её зубы отбивают дробь, а сердце колотится мне в рёбра. Собиралась броситься на здорового и опасного мужика, как мышонок против волка? И хорошо, что её остановила та стена – никак сама Матерь Гор вмешалась, уберегла безрассудную дочь.
Разбойник медленно отступал к пропасти. Из распоротого живота хлестала кровь, но глаза… В них горел бешеный огонь. Так смотрит зверь, которого загнали в угол, и которому больше нечего терять. Взгляд его светился так, словно это он одержал победу.
И вдруг медленно, словно преодолевая сопротивление, этот человек потянулся и сдвинул маску.
Сердце пропустило удар…
– Узнал меня, друг? – ощерился он, и лицо осветилось ликованием.
– Крис!
Мир взорвался цветными искрами, горло перехватил спазм.
Я хотел метнуться вперёд, но тело онемело, а разум – он метался. Не верил глазам. Всё произошло так быстро… Так неуловимо и поспешно, что и никак не успел осознать, подготовиться, что–то сделать.
– До встречи в Бездне, Ренн… Передавай привет своему папаше, это всё из-за него!
Раскинув руки и издав торжествующий вопль, разбойник накренился назад и стал падать – как подстрелённый в полёте коршун.
– Кристейн! – будто со стороны я услышал собственный хриплый голос. Взмахнул рукой: – Нет!
Я попытался ухватить мгновение, замедлить бег времени, но всё было бесполезно. Один миг – и Ущелье Забытых поглотило новую жертву.