По какой-то причине тишина в офисе... в ее жизни... казалось громкой как крик.
18
Записи в файлах клиентов «Безопасного места» все еще делались вручную. Отчасти это из-за цены - компьютеры, информационные системы и надежные хранилища стоили дорого, а поскольку приоритетом был персонал, то вкладывать средства в IT-направление не было первостепенной задачей. Но отчасти это еще и из-за Мариссы, их бесстрашного лидера - она была консервативной и очень не любила хранить важные вещи в такой форме, в которой их невозможно подержать в руках.
В конце концов, когда тебе почти четыре сотни лет, технологическая революция последних трех десятилетий кажется просто точкой на экранах твоих радаров.
Возможно, лет через сто их босс будет больше доверять вкусам Билла Гейтса.
И в чем-то это было даже мило, размышляла Мэри. Более человечно, что ли, видеть разные почерки, разные чернила, то, как по-разному люди иногда допускали ошибки. Это было визуальным эквивалентом разговора, каждый привносил в эти записи что-то уникальное от себя - в качестве противоположности унифицированным данным и формам, проверке правописания и одинаково напечатанным словам.
Однако, это затрудняло поиск конкретного упоминания. Но с другой стороны, перечитывание всего с самого начала помогало тебе найти вещи, которые ты в первый раз мог пропустить.
Например, дяди.
Не найдя никаких упоминаний родственников в форме, заполняемой при поступлении, Мэри продолжила читать все записи о прогрессе в файле Аннали, многие из которых были сделаны ее собственным почерком. Как ей и помнилось, разговоры были неизбежно короткими и содержали мало полезной информации.
Битти не единственная, кто был молчаливой.
Не было ни единого упоминания брата или родителей. И женщина также не говорила о своем покойном мужчине, как и о насилии, через которое прошли они с Битти. Хотя это не значит, что жестокость не была задокументирована. Их медицинские записи были распечатаны и крепились к обратной стороне папки.
Прочитав все это заново, Мэри пришлось откинуться на спинку стула и потереть глаза. Как и многие жертвы, боящиеся за свои жизни, мамэн Битти обращалась за медицинской помощью только тогда, когда ее ребенок пострадал настолько, что травмы не могли исцелиться естественным путем. Рентгеновские снимки рассказывали остальную часть мрачной истории, показывая годы сломанных костей, которые срастались сами по себе. У них обоих.
Закрыв файл, Мэри взяла папку с данными Битти. она была тоньше, потому что медицинские записи были объединены с записями ее матери, и девочка дала им еще меньше информации для записывания, чем Аннали. Были обычные сессии с беседами, арт-терапия и уроки музыки. Но это продолжалось недолго.
В какой-то мере все только и делали, что ждали неизбежного...
- Мисс Льюс?
Мэри подпрыгнула на стуле, вскинув руки и хлопнув ладонями по столу.
- Битти! Я не слышала, как ты пришла.
Маленькая девочка стояла прямо у раскрытой двери, ее хрупкий профиль казался еще меньше на фоне косяков. Сегодня ее каштановые волосы были распущены и свободно вились. Одета она была в очередное платье ручного пошива, на сей раз в желтое.
Мэри накрыло почти неудержимое желание дать Битти свитер.
- Мисс Льюс?
Встряхнувшись, Мэри сказала:
- Прости, что?
- Я хотела спросить, мой дядя еще не пришел?
- А, нет. Не пришел. - Мэри прочистила горло. - Послушай, ты не могла бы зайти на минутку? И закрой дверь, пожалуйста.
Сделав, как ее просили, Битти закрыла за собой дверь и подошла ближе, остановившись перед столом.
- Вот твои файлы, дорогая, - Мэри коснулась коричневой папки. - Твои и твоей мамэн. Я только что просмотрела их снова. Я не... Я не нашла ничего о твоем дяде. Здесь ни одного упоминания. Я не говорю, что его не существует, просто...
- Моя мамэн с ним связалась. Так что он приедет за мной.
Дерьмо, подумала Мэри. К слову о необходимости действовать осторожно.
- Как твоя мамэн сделала это? - спросила она. - Она ему писала? Звонила? Можешь сказать, как она с ним связалась? Может, я смогу пообщаться с ним?
- Я не знаю, как. Но она связалась.
- Как его зовут? Ты помнишь?
- Его зовут... - Битти посмотрела на стол. На папки. - Его имя...
Было физически больно смотреть, как девочка пытается вспомнить то, что скорее всего будет выдуманным именем. Но Мэри не торопила ее, надеясь на чудо, волшебное разрешение ситуации - что объявится какой-то брат, который и в самом деле где-то там живет и дышит, и который окажется для Битти хорошим дядей, которого она заслуживает.
- Ран. Его имя Ран.
Мэри на мгновение закрыла глаза. Она ничего не могла поделать. Ран так похоже на Рим, конечно же. Лишь шаг в сторону от имени сотрудницы, принимающей клиентов - это расстояние легко пересечь молодому уму, ищущему спасение от ужасной ситуации.
К слову о необходимости оставаться в профессиональных рамках.
- Ладно, хорошо. Вот что мы сделаем, - Мэри взяла телефон. - Если ты не возражаешь, я опубликую информацию о нем в закрытой группе на Facebook. Возможно, кто-нибудь поможет нам связаться с ним.
Битти нерешительно кивнула.
- Это все?
Мэри снова прочистила горло.
- Еще один момент. Прах твоей мамэн... его скоро можно будет забрать. Я подумала, что если ты захочешь, мы можем провести для нее церемонию, здесь, в доме. Знаю, здесь все ее очень любили, и мы все любим тебя...
- Я бы хотела подождать. Пока не приедет мой дядя. И тогда мы с ним сделаем это.
- Ладно. Ну, тогда ты хотела бы поехать со мной и забрать прах? Я хочу убедиться, что ты...
- Нет, я хочу подождать здесь. Подождать дядю.
Дерьмо.
- Хорошо.
- Это все?
- Да.
Когда малышка повернулась, Мэри произнесла:
- Битти.
- Да? - Битти обернулась. - Что?
- Знаешь, ты можешь поговорить со мной. О чем угодно. И в любое время дня и ночи. Я рядом - и если не хочешь говорить со мной, любой сотрудник тебе поможет. Я не обижусь. Я волнуюсь лишь о том, чтобы ты получила поддержку, в которую нуждаешься.
На мгновение Битти посмотрела в пол.
- Хорошо. Теперь я могу идти?
- Я очень сожалею о том, как... о том, что случилось вчера в клинике. Я настоятельно советую тебе поговорить с кем-нибудь - и если не со мной...
- Разговоры не вернут мою мамэн, мисс Льюс, - голос звучал так печально, что казалось, принадлежал взрослому человеку. - Разговоры ничего не изменят.
- Изменят. Поверь мне.
- Они могут повернуть время вспять? Не думаю.
- Нет, но это поможет тебе приспособиться к новой реальности, - Боже, неужели она правда говорит об этом с девятилетним ребенком. - Ты должна дать выход горю...
- Я ухожу. Я буду наверху, на чердаке. Пожалуйста, сообщите, когда придет мой дядя.
С этими словами девочка вышла и тихо закрыла дверь. Опустив голову на руки, Мэри слушала, как маленькие шажки удаляются к лестницам и поднимаются на третий этаж.
- Будь оно все проклято, - прошептала она.
Вставая из-за кухонного стола, Рейдж не беспокоился, что бежавший через столовую и направлявшийся сюда был врагом. Он больше волновался, что у кого-то в доме были проблемы.
Потому что был и другой звук, перекрывавший шаги.
Плач ребенка.
Не успел он проделать и половину пути до дверей, как Королева Бэт ворвалась в комнату, ее маленький сын висел на ее руке как мешок картошки, свободную руку она высоко подняла кверху и вся была покрыта кровью.
- Дерьмо! - выругался Рейдж, споткнувшись босой ногой и встречая Бэт у раковины. - Что случилось?
Его зрение еще не вернуло нормальную остроту, но на передней части ее рубашки явно было много красного. И он ощущал запах крови повсюду.
- Можешь взять его? - сказала Бэт, перекрикивая вопящего Рофа-младшего. - Пожалуйста, возьми его.