Подперев рукой подушку, решаю ещё немного полежать. Последнее время, вот так понежиться в кровати для меня настоящая роскошь.
Но нет, я жалуюсь.
Я очень даже счастлива.
Айдар, что-то сказав сыну, поднимается с постели и буквально минуту спустя они вдвоём покидают комнату.
Протянув руку, нащупываю на прикроватной тумбе телефон и смотрю на время.
Почти восемь утра.
Ничего себе.
Это прямо мой рекорд столь позднего пробуждения за минувшие полгода.
Потянувшись, всё-таки решаю, что пора вставать.
Только успеваю встать с постели и надеть халат как из кроватки раздаётся характерное кряхтение, сразу после которого следует возмущённый писк.
— Это кто у нас тут проснулся? — заглянув в детскую кроватку, спрашиваю я.
Лицо дочери тут же расплывается в счастливой улыбке.
Увидев меня, она вся приходит в движение. Машет руками и ногами одновременно, требуя взять её на руки.
Что я, собственно, и делаю.
— Моя сладкая девочка, — умиляясь, целую её пухлые щёчки. — Любимая моя.
Диане уже полгода, а я иногда ловлю себя на мысли, что мне до сих пор не верится, что у меня теперь есть дочь.
Странно, да?
Сейчас вспоминается, как я была ошарашена, когда узнала, о первой беременности.
Говорить, что это стало для меня полной неожиданностью глупо, если учесть, что мы с Айдаром толком ни разу не предохранялись, но я действительно была в шоке. Не могла поверить, что это правда.
Долго не решалась сказать о своём положении Айдару.
Сейчас вспоминать об этом просто смешно.
Я ведь правда не знала, что оборотни способны почувствовать своё потомство чуть ли не с первого дня зачатия.
Конечно же он знал, что я беременна, но решил не ошарашивать меня, а дать возможность самой постепенно прочувствовать своё состояние.
Но об этом он мне рассказал значительно позже. Наверное, он опасался моей реакции. Во время беременности беспощадные скачки гормонов делали меня максимально эмоциональной.
Я в лёгкую могла разреветься без видимого на то повода. Или, наоборот, смеяться над какой-нибудь крайне сомнительной шуткой. Хвала всем богам, длилось это не долго.
Рассказывая дочери о том какая она прекрасная девочка и как сильно я её люблю, переодеваю её и снова кладу в кроватку.
— Полежи немного, — включаю висящий у изголовья кроватки игрушечный мобиль, — Я быстро умоюсь и вернусь к тебе, договорились?
Диана в ответ что-то лепечет на своём и я, пользуясь её хорошим настроением тороплюсь в душ.
На то чтобы привести себя в порядок мне нужно около десяти минут.
Да с рождением детей я научилась экономно расходовать своё личное время.
Выйдя из ванной, застаю Айдара, расхаживающего по комнате с Дианой на руках.
— Доброе утро, — подхожу ближе и целую их по очереди.
— Что там у Артура случилось? — спрашиваю, имея ввиду ранний визит в комнату нашего шестилетнего сына.
— Прятался от Матвея, — усмехается муж. — У них там свои разборки.
В растерянности округляю глаза и рот.
— Какие разборки? — сама мысль о том, что мои сыновья могут между собой не ладить, приводит меня в ужас, хоть я и понимаю, что в детстве подобное поведение можно считать нормой.
Мы с Виолеттой будучи детьми тоже частенько хулиганили, устраивая друг другу подлянки.
— Я неправильно выразился, — тут же исправляется Айдар, — Всё хорошо, Лера. Спокойно!
Я сумасшедшая мать. Признаю и пытаюсь работать над этим.
— Ладно, — соглашаюсь, думая о том, что позже обязательно сама расспрошу парней.
Мы вместе спускаемся в кухню и пока Айдар занимает всё внимание дочери, готовлю на всю семью завтрак.
— Мам, блинчики очень вкусные, — чуть позже, с набитым ртом, хвалит меня младший сын. — Даже чуточку вкуснее, чем у бабушки. Только ты ей об этом не говори.
Я не знаю в кого Артур растёт таким дамским угодником, всегда готовым рассыпаться в комплиментах.
— Спасибо, мой хороший, — благодарю я, пряча улыбку.
Уверена, что он тоже самое говорит, когда ест вкусняшки в гостях у своей бабушки.
Что удивительно моя мама с огромной любовью и вселенским обожанием относится к моим детям. Хоть и давала понять, что этого не будет.
Она души не чает во всех своих внуках.
Их у неё теперь трое: Матвей, Артур и малышка Диана.
— Прекрати кривляться, — делает замечание своему брату мой старший сын.
Матвею десять лет, и он растёт максимально серьёзным парнем.
С самого малого возраста он не просто спрашивает: «Почему?», а задаёт конкретные вопросы вроде: «Как устроен двигатель в лифте?» или «Почему коты всегда приземляются на лапы?»