Обычно он не разговаривал, не объяснял. Он просто просыпался и снова оказывался, там...
Сначала был коридор. Длинный, знакомый. Потом дверь, а за ней - темнота. Он стоял босиком на холодном полу и смотрел на собственные руки. На пальцах кровь. Он не знал, откуда она. Пытался вспомнить, но не получалось.
Из-за двери донёсся детский голос. Тихий, ласковый. Он замер.
- Где ты?!
Ответа не было. Только тихий смех, будто перелив звонких колокольчиков.
Он сделал шаг к двери и в тот же момент всё изменилось. Коридор исчез. Он оказался в другой комнате. Чужие руки удерживали его. Сильные. Уверенные. Он пытался вырваться, но тело почему-то не слушалось.
- Нет...
Голос сорвался. Кто-то приблизился к его уху. Шёпот обжёг кожу, но сова он не разобрал. Только почувствовал знакомый запах и от этого запаха внутри что-то оборвалось....
Он резко дёрнулся и открыл глаза. Палата, потолок, белый свет. Он лежал на кровати, тяжело дыша. Несколько минут не мог понять, где находится. Потом провёл ладонью по лицу. Кожа была влажной, а сердце колотилось.
- Чёрт...
Он сел. Перед глазами ещё плавали обрывки сна. Ее голос, руки, запах и странное ощущение, которое пугало больше всего... Он не только боялся. Какая-то часть его хотела вернуться туда, где все началось...
Он сжал зубы.
- Нет. Только не сейчас. - приказал тихо самому себе, закрыл глаза и увидел ее... Не ту призрачную из сна, а настоящую. Её лицо, глаза. То, как она хмурилась, когда злилась, как пыталась не показывать страх, как смотрела на него, когда впервые поняла, что он способен ходить.
Из всех воспоминаний, которые могли прийти к нему, почему именно она? Он не знал, но её лицо почему-то удерживало его здесь, на поверхности, когда внутри поднималась тьма, он цеплялся за него.
За её голос, за запах её волос, который однажды уловил. Ничего особенного. Шампунь, кожа, лёгкий запах духов, но память почему-то сохранила именно это.
- Сэмми.
Он произнёс её имя беззвучно и боль отступила, он выдохнул.
- Вот так.
Он посмотрел на свои руки. Они больше не дрожали. Кулаки сжались уверенно. Она снова помогла ему вынырнуть, сама того не зная.
- Вам ее не получить.
В ответ внутри головы возникло ощущение, похожее на смех, который он слышал очень давно...
- Нет, она не ваша!
Тишина, а потом внутри что-то шевельнулось. Не мысль, не голос. Желание. Грубое, простое, почти животное. Забрать, удержать, не отпустить. Больше никогда...
Он резко ударил ладонью по матрасу.
- Замолчи!
Дверь открылась. Он вздрогнул. На пороге стоял доктор Алан Гроссман. Они сначала просто смотрели друг на друга, словно оценивая возможного противника.
- Ты давно здесь? - спросил он.
- Достаточно.
- Чего надо? Я веду себя, твою мать, просто, как ангел.
Гроссман вошёл и закрыл дверь, в его руке мелькнул шприц. Всё внутри мгновенно напряглось.
- Что это?
- Успокоительное.
- Мне оно не нужно.
- Нужно.
- Я в порядке!
- Нет, не в порядке.
Гроссман подошёл ближе, он попытался встать, но старик оказался быстрее. Он схватил его за предплечье.
- Отпусти!
Голос изменился, стал ниже, жёстче. Гроссман это заметил и его лицо побледнело, но он все равно не отступил.
- Не дай ему выйти.
- Кому?
- Ты знаешь. Не дергайся, иначе я больше ее не приведу и ты сгниёшь в своей камере. Один.
Он почувствовал, как сознание начинает скользить.
- Нет....
Гроссман быстро ввёл препарат. Холод прошёл по руке. Комната качнулась. Он ухватился за край кровати.
- Нет.
- Ложись.
- Уйди!
Голос сорвался. Он сделал шаг, но ноги внезапно стали тяжёлыми. Слишком тяжёлыми. Он посмотрел на них с ненавистью.
- Нет... нет...
Гроссман успел подхватить его за плечо.
- Всё. Успокойся. Засыпай. Ты устал, тебе нужно поспать.
Он попытался оттолкнуть доктора, но не получилось. Внутри что-то рванулось. Джон. Он чувствовал его. Совсем близко. Он снова просыпался...
Парень сжал зубы.
- Я не отдам...
- Что?
Он уже почти не видел врача, перед глазами расплывалось лицо.
- Её...
Гроссман нахмурился. Сознание проваливалось и он понял, что проигрывает. Он пытался удержаться за что-нибудь. За кровать, за собственное имя, за её голос...
Но тело становилось чужим. Сначала исчезли звуки, потом стены, потом свет и он оказался в темноте..
В той самой камере.
Её лицо теперь не исчезало. Он видел его сквозь всё. Сквозь темноту, сквозь чужие воспоминания, сквозь страх. Он держался за неё, как за последнюю вещь, которая принадлежала ему самому.
Верни ее... Она должна быть рядом. Верни...