- Доктор Райз, вы уверены? - старший из санитаров с сомнением посмотрел на нее. - Протокол…
- Я уверена, - отрезала она, не отрывая взгляда от Зверя. - Я беру на себя всю ответственность. Выйдите.
- Но, доктор....
- Я сказала выйдете! Для продуктивного результата мне нужно остаться с пациентом наедине.
Мужчины неохотно подчинились. Щелкнули замки, и Кристиан медленно потер запястья, словно разминаясь перед представлением. На его губах заиграла едва заметная, хищная ухмылка. Он плавно опустился на стул напротив, и комната мгновенно стала меньше, воздух - плотнее.
- Доброе утро, Кристиан, - начала Саманта, раскладывая на столе планшет и несколько карточек с тестами.
Губы парня растянулись в довольной улыбке.
- О, вижу вы подготовились, доктор. Я польщён. Но я бы предпочел, чтобы вы называли меня по имени, которое вам действительно интересно, - продолжил он, наклоняясь вперед и опираясь локтями на стол. - Зверь. Так ведь вы называете меня у себя в голове, когда думаете, что никто не слышит?
На этот раз Саманта не дрогнула, хотя его проницательность застала ее врасплох. Она подняла на него глаза, встречая его тяжелый, изучающий взгляд, и нарочно снова называя настоящее имя. В его зрачках, почти черных, плясали опасные огоньки.
- Имена - это ярлыки, которые мы вешаем на то, чего не понимаем, Кристиан. Моя задача - понять. Не навесить ярлык, а разобраться в причинах. Как ты себя чувствуешь сегодня?
- Как в клетке, доктор. Но, кажется, сегодня дрессировщик решил проявить милосердие. Или безрассудство?
Она проигнорировала выпад, сохраняя профессиональное спокойствие.
- Я хочу, чтобы ты посмотрел на эти изображения. Расскажи, что первое приходит тебе в голову. Никаких правильных или неправильных ответов. Только твои ассоциации.
Он послушно взял карточку. Его пальцы, длинные и аристократичные, казалось, совсем не подходили тому образу, который рисовали материалы дела.
Он выполнял все ее задания с обезоруживающей покорностью: проходил тест Роршаха, составлял предложения из разрозненных слов, отвечал на каверзные вопросы. Но чем дольше длился сеанс, тем сильнее росло напряжение Саманты.
Дело было не в его ответах. Дело было в нем. В том, как он говорил.
Он копировал его.
Того, с кассеты. Настоящего Зверя.
Та же ленивая, чуть растянутая интонация, те же паузы, наполненные скрытой угрозой, тот же способ склонять голову, когда он хотел подчеркнуть значимость своих слов.
Это была не просто имитация - это было жуткое, мистическое перевоплощение. Словно призрак прошлого сидел прямо перед ней, насмехаясь над всеми из тела этого юноши.
- Ты очень точно подбираешь слова, Кристиан, - заметила она, стараясь, чтобы ее голос не дрожал. - Почти как… профессиональный актер.
- Мы все играем роли, доктор, - он откинулся на спинку стула, и его глаза потемнели. - Вопрос лишь в том, кто пишет сценарий. Вы ведь тоже играете? Роль спасительницы, которая пытается заглянуть в бездну, не так ли? А вы не боитесь, что бездна заглянет в вас?
- О чем ты говоришь?
- Вы знаете, кто вы? Блестящий психиатр, послушная папина дочка, идеальная бывшая подружка, которую променяли на более лёгкую и беззаботную? Или кто?
Его слова, точные и безжалостные, ударили по ней, как пощечина. Он не просто угадывал - он знал. Он копался в ее прошлом, в ее страхах, с той же легкостью, с какой она раскладывала перед ним карточки с тестами. Это был уже не сеанс терапии. Это была дуэль.
- Я - не тема нашего разговора.
- Ошибаетесь, доктор. Именно она и является. - Он снова подался вперед, и его голос упал до гипнотического шепота. - Вы думаете, я не вижу? Вы ищете во мне его. Того, другого.
Он вдруг встал. Медленно, плавно, как пантера, готовящаяся к прыжку. Саманта почти ощутила, как санитары за дверью напряглись, их руки легли на дубинки. Но он не двинулся к ней. Он подошел к одностороннему зеркалу, за которым обычно сидел наблюдатель и записывал все разговоры на плёнку, но сейчас там не были никого....
- Вы думаете, они вас защитят? - он постучал костяшками пальцев по стеклу, глядя не на свое отражение, а прямо в глаза Саманте. - Они просто зрители в нашем маленьком театре. И им не терпится увидеть финал. Скажите, доктор, когда вы поймете, что я не копирую его? Что я и есть он? Что я просто... вернулся в новой, улучшенной оболочке? Что тогда вы скажите или сделаете? Будете ли вы бояться? А может наоборот...
Она вцепилась в край стола, пытаясь удержать равновесие в рушащемся мире. Это было невозможно. Абсурдно. Но отрицать очевидное было еще безумнее.
- Кто ты? - выдохнула она.
Он медленно обернулся, и в его глазах больше не было огоньков. Там была лишь черная, затягивающая пустота.