Кристиан двигался так быстро, что Саманта едва успевала следить за ним. Он выбил оружие из рук одного, сбил второго с ног и ударил его, заставив потерять сознание. Картер прикрыл их огнём.
- Влево!
Кристиан схватил Саманту за руку.
- Бежим!
Они понеслись по коридору. Сзади раздавались крики.
- Они здесь!
- Перекрыть сектор!
- Не дать им выйти!
Саманта бежала, спотыкаясь. Кристиан всё время держался рядом. И вдруг из-за двери впереди выскочил ещё один солдат. Он поднял оружие...
Кристиан успел первым. Мужчина рухнул. Саманта остановилась. Кристиан схватил её за плечи.
- Смотри на меня!
Она смотрела.
- Ты цела?
- Да...
- Тогда идём!
- Крис...
- Потом!
Они двинулись дальше, но теперь Саманта уже не могла перестать думать о том, что видела. Её отец. Маленькая девочка. Камера. И человек, которого все называли чудовищем... Она не знала, что было страшнее. То, что он делал или то, что делали с ним.
Лаборатория оказалась гораздо больше, чем она представляла. За последней дверью открылось огромное помещение, уходящее далеко под землю. Стеклянные стены, компьютерные терминалы, капсулы, оборудование, толстые кабели. В центре - большой круглый зал.
Картер остановился.
- Вот оно.
Саманта медленно вошла. Здесь всё началось. Кристиан молчал. Он смотрел на центральную камеру. Саманта проследила за его взглядом. Внутри стояло кресло. Металлическое, с ремнями. На подлокотниках - следы старых царапин.
Саманта подошла к нему.
- Кристиан!
Он не ответил.
- Крис, посмотри на меня!
Он медленно повернул голову. Его глаза были чужими, пустыми.
- Они говорили, что боль - это просто информация.
Саманта почувствовала, как внутри всё оборвалось.
- Кто?
- Все.
Он провёл пальцами по виску.
- Они включали свет. Давали препараты. Спрашивали, слышу ли я голоса...
- И ты слышал?
- Да. Слышал их даже после того, как они уходили.
Картер быстро подошёл к терминалу.
- У нас мало времени.
- Сколько?
- Десять минут до того, как они полностью закроют комплекс.
- Тогда работай.
Картер подключил устройство. Экран загорелся. Файлы начали копироваться. Саманта стояла рядом с Кристианом и вдруг услышала голос...
- Как трогательно.
Она медленно обернулась. На верхней площадке стоял Алан Гроссман. Её отец. Спокойный, в дорогом костюме. Он выглядел так, будто находился не в секретной лаборатории, а в собственном кабинете.
- Папа...
Алан улыбнулся.
- Здравствуй, Саманта.
Кристиан встал перед ней.
- Не подходи.
Алан посмотрел на него и улыбка стала шире.
- Ты всегда был моей лучшей работой.
- Я не твоя работа.
Алан медленно спустился по лестнице.
- Ты мой шедевр.
Кристиан посмотрел ему прямо в глаза.
- Ты только показал мне, насколько далеко человек способен зайти.
Алан усмехнулся.
- Без меня ты никто.
- Но без тебя я хотя бы свободен.
Саманта почувствовала, как по щекам потекли слёзы.
- Как ты мог? Папа...
Алан перевёл взгляд на неё.
- О чём ты?
- Не смей!
Она шагнула вперёд.
- Не смей делать вид, что не понимаешь!
- Саманта...
- Ты приводил меня сюда! Мне было десять!!!
- Ты была частью наблюдения.
- Я была твоей дочерью!!!!
Её голос ударил по залу.
- Я доверяла тебе!!!!
Алан вздохнул.
- Наука требует жертв.
Она покачала головой.
- Наука не требует превращать детей в приманку для убийц!
- Ты ничего не понимаешь.
- Я всё понимаю!
Саманта вытерла слёзы.
- Ты стирал мне память.
- Чтобы защитить тебя.
Она рассмеялась. Получился какой-то страшный, надломленный звук.
- Защитить?!
- Ты должна была забыть.
- Почему?
Алан посмотрел на Кристиана.
- Потому что он запоминал тебя и это было самое главное.
Саманта застыла, голос превратился в придушенный хрип.
- Что?
- Он не реагировал ни на кого. Ни на врачей. Ни на охрану. Ни на угрозы. Ни на боль. Но когда ты входила в камеру...
Алан улыбнулся.
- Он становился спокойным.
Кристиан сжал кулаки.
- Заткнись!
Но Алан не испугался, наоборот шагнул ближе.
- Ты рассказывал ей сказки. Так интересно было наблюдать за этим. Зверь, на руках которого куча трупов, боялся сделать ей больно. Ни разу ее не тронул, даже в припадках. Я все не мог понять в чем секрет. Расскажешь?
- У меня есть идея получше. Я разорву тебе рот.
Зверь сделал движение вперед, но в зал ворвались военные.