Я вынудила себя оставаться без движения, хотя меня так и подмывало дотронуться до телефона, который, если мне очень повезет, сможет записать все это.
Но отец бы все понял, если бы увидел какое-то движение.
Папаша мог быть достаточно взрослым, чтобы лепетать как дурак, но он не был идиотом.
К величайшему сожалению.
— Кроме того, буквально только что, я здесь уже пояснил кое-что твоему любовничку. Твоему рыцарю в сияющих доспехах. Я не считаю, что ты моя дочь. Мне кажется, что ты не похожа на меня, и я не думаю, что твоя мать была достаточно умна, чтобы не раздвигать свои поганые ноги.
Тишина.
— Ты понимаешь, что это значит? Я потратил последние восемнадцать лет на заботу о чужом ребенке как конченный лошара. Я много лет назад должен был отделаться от тебя и твоей гребаной матери и поселиться с хорошей девушкой вроде Кэнди.
Он сделал паузу.
— Может, не вроде Кэнди, сучка становится заносчивой. Когда я избавлюсь от тебя, то отправлюсь преподать ей урок.
Я поежилась.
Девочки тоже будут в той квартире. Или им придется наблюдать, как он будет избивать их мать, или они вмешаются, и папаша причинит боль им тоже.
Тут не было хорошего варианта.
Кроме того, я не хотела, чтобы он навредил Кэнди.
Я должна была увести отсюда папашу и дать Зверю возможность позвонить в полицию.
То, что отец сказал, будто я не его ребенок, меня совсем не удивило. Это был просто следующий шаг под действием наркотиков. Злость, агрессия, паранойя.
Все шло согласно его еб*нутой манере поведения.
Я должна была увести его от Зверя. После паранойи наступит либо пора сентиментальных слез, либо слепая ярость, и если это будет гнев, он будет в состоянии убить Зверя, невзирая на последствия. Отец всегда думал, что он слишком умный, чтобы попасть в руки копов, так что ему даже не придет в голову, что его могут арестовать.
Я внимательно следила за тем, чтобы не притронуться к телефону, который лежал в моем кармане.
— Ну что, сука? Готова ехать? — спросил он, изобразив беспокойство.
— Да, сэр, — ответила я.
— Хорошо. Иди и открой гребаную дверь, — приказал отец.
Он сделал два шага назад, но пистолет продолжил четко указывать на Зверя. Мой отец мог быть обколотым мудаком, но у него была твердая рука.
— Ты, сядь в это кресло.
Зверь подошел к креслу у стены напротив двери, и каждое движение, которое он делал, выглядело чересчур осторожным.
— Хорошая работа, парень. Теперь брось мне свой телефон.
Зверь засунул руку в карман джинсов и медленно вытащил свой телефон. Он наклонился, чтобы положить его на пол, и подтолкнул к моему отцу.
Папаша с силой наступил на мобильный, раздавив его на куски. Он пнул жалкие остатки, разметав их по всей поверхности пола.
Я надеялась, что ему не придет в голову, что у Зверя могли быть другие телефоны. Или что телефон был у меня.
— Могу я забрать свой рюкзак? — спросила я.
Что-нибудь, чтобы отвлечь его от Зверя, разбитого телефона и обратить внимание отца на себя.
— За каким хреном он тебе нужен?
— Там все мои домашние задания, — сказал я.
— И? Дерьмо, ты тупая сука, ты еще ничего не поняла, да? — прорычал он. — Не будет больше никаких занятий. Больше не будет никакого колледжа. У Флореса тебя будут трахать по восемь-десять парней в день, пока ты не окажешься слишком старой, чтобы приносить пользу. А потом он сбросит тебя в какую-нибудь неглубокую могилу. Я видел, как он проделывал подобное дерьмо.
Я не стала притворяться, что мне не было чертовски страшно. Я сглотнула и позволила слезам стекать по моему лицу.
— Пожалуйста, не отдавай меня ему, — умоляла я. — Пожалуйста, позволь мне остаться со Зверем или просто отвези меня домой, ладно? Пожалуйста, не отдавай меня Флоресу.
— Я не собираюсь удерживать тебя в безопасности по доброте душевной, — произнес папаша. — Тебе уже восемнадцать, и если ты сбежишь, я не обязан заявлять о твоем исчезновении. Это то, что я и собираюсь сделать. Все будет выглядеть правдоподобно.
— И ты не навредишь Зверю? — спросила я.
— Да, прекрасно. Держи рот на замке и перестань ныть из-за глупого дерьма, и я не причиню вреда твоему парню. Пока он не сделает какую-нибудь глупость, вроде того, чтобы вызвать копов.
Он ухмыльнулся.
— Ох, подождите. Он не сможет этого сделать, не так ли? К тому времени, как он позвонит в полицию, будет уже слишком поздно. Ты уже будешь в Южной Каролине с членом в своей п*зде.
— Зверь, пообещай, что ты никому не скажешь, ладно? Я не хочу, чтобы ты пострадал. Если кто-нибудь спросит, скажи, что я сбежала.