В противоположном конце коридора виднелась тяжёлая деревянная дверь. На её поверхности был вырезан символ.
Поднятая рука, держащая пылающий факел. Прямо над ней было высечено:
ACCIPERE VICTUS
Принять, чтобы победить.
Девиз Факелоносцев. Так же, как на столе в секретной комнате в туннеле.
— Мы снова нашли их, — сказал Нико. Опал и Тайлер восторженно улыбнулись.
Они прошли по коридору. Нико толкнул дверь — та легко открылась, — и они вошли внутрь.
Глава 12
Опал чихнула, когда с пола поднялась пыль.
— И сколько таких мест? — спросил Тайлер, его голос звучал странно глухо в тёмной, затхлой комнате.
Шутки в сторону. Они нашли заброшенный плавучий дом на острове в Тихой бухте. Нашли хранилище Факелоносцев в скрытом подземном туннеле. Тёмная бездна скрывалась за хитрой настенной панелью, а теперь они буквально провалились сквозь пол Таможни в другую секретную комнату. Опал начинала полагать, что вообще не знала своего родного города.
Но теперь мы знаем о Тимберсе больше, чем кто-либо. И не только его секретные места. Все безумные вещи, о которых она мечтала в детстве — магические существа, сверхъестественные порталы, другие миры, — теперь они казались более чем реальными. Они прятались за каждым углом, если вы знали, где искать.
Вот почему её буквально сводило с ума то, что мальчики сомневались, будто Нечто говорило внутри её головы. Почему нельзя просто принять это после всего, что пережили вместе?
— Что это? — спросил Тайлер, осматривая стены.
Нико покачал головой.
— Это отличается от других укрытий Факелоносцев. Менее… формальное?
Эта комната не была влажной и скользкой, как туннельная, хотя и покрылась паутиной. И пылью. Очень много паутины и очень много пыли. Опал снова чихнула, затем ещё раз — восемь раз подряд.
— Будь здорова — сказал Тайлер и достал из кармана пачку салфеток.
Нико провёл руками по стене, взметая вверх ещё больше пылинок. Опал высморкалась и щёлкнула выключателем. Старый светильник на потолке ожил, бросая желтоватое свечение на комнату.
— Здесь тоже есть свет. — Оставляя следы, Тайлер подошел к маленькому столику и зажёг лампу.
— Туннельная комната, наверное, была местом проведения церемоний у Факелоносцев. — Нико махнул рукой. — А это больше похоже на…
— Офис? — предположила Опал. — Или, может быть, зал заседаний?
— В офисах есть записи, — взволнованно сказал Тайлер. Он потёр руки.
Пол был покрыт узорчатым ковром. По бокам от деревянного стола с лампой стояли два поеденных молью кресла. В дальнем конце комнаты виднелся старый письменный стол, а в центре стоял другой стол — большой, овальный, окружённый стульями. Пара книжных полок пристроилась у одной стены, между ними вклинилось массивное бюро. Вдоль второй стены шли стальные шкафчики в индустриальном стиле. Тусклое освещение придавало всему старомодный оттенок сепии.
— Думаю, они не верили в существование компьютеров, — пошутил Нико.
Большие настенные часы остановились в 12:31. Опал задумалась, было ли у этого времени какое-то значение, или батарея просто разрядилась. Прямо под ним была прикреплена квадратная металлическая коробка с надписью: «В СЛУЧАЕ АВАРИИ РАЗБИТЬ СТЕКЛО». Стекло действительно было разбито, но почти все осколки оказались убраны, а то, что лежало внутри — огнетушитель? — исчезло.
Нико снял том с одной из книжных полок и открыл его.
— Отлично. Никаких слизняков. Может быть, мы действительно сможем что-то узнать.
Тайлер изучал содержимое стола.
— Здесь много хорошего. Карандаши, скрепки, клей…
— Обычные канцелярские товары, — пробормотала Опал. Тайлер раздражённо фыркнул и возобновил поиски.
Она подошла к бюро и потянула за ручку. Верхняя часть со скрипом открылась. Внутри было сложено несколько морских флагов, похожих на те, которые они нашли в туннельной камере. Над ними висела картина, её рама была пригвождена к задней части шкафа.
Опал достаточно долго изучала живопись, чтобы знать, какое искусство можно назвать «хорошим». И это определённо было не оно. Её мать назвала бы это «искусством поздравительных открыток» — тривиальное и фальшивое, с претензией на реалистичность. Кошки, поля, цветы, дачи или туманные замки.
Эта конкретная картина была морским пейзажем. Опал почти слышала, как Кэтрин Уолш критикует её в пух и прах своим фирменным голосом управляющей банком. Откуда исходит свет? Где тень? Именно так вы замечаете любительские работы — художник не определяет источник света на сцене.