- Думай Кэттин, думай! – Подбадривала я себя, приложив холодную ладонь к пытающему лбу.
Нужно войти к ним в доверие, попытаться убедить, что я рада отсрочке, что я против навязанного мне брака, что сама отдам им половину моего наследства за расстроенную помолвку. Только пусть вернут меня отцу, а он что ни будь - придумает.
Или хотя-бы, пусть откроют окна, как душно…
Я расстегнула ворот платья, обмахивая себя руками.
Если не смогу их убедить вернуть меня домой, я дождусь, когда они расслабятся, должны расслабиться…
Если хорошо сыграю свою роль, они поверят мне и ошибутся, и тогда я сбегу…
Но сначала нужно поесть, что бы набраться сил…
Наконец разработав план, я приступила к его реализации:
Стучу в окно… Очень, очень осторожно, но настойчиво.
Ставни слегка приоткрылись…
-Прошу прощенья…- Мягко и очень мило говорю я. - Я голодна. Простите, что выкинула еду, я была очень напугана. И согласитесь – меня можно понять…Вы ведь мне ни чего не объяснили. Но сейчас я успокоилась, и с благодарностью съем всё, что вы мне предложите…
Ставни открылись чуть шире, и я увидела глаз, обычный такой человеческий глаз, но мне показалось, что он полон удивления. И я представила, как оторопелый хозяин глаза, с той стороны ставень, в изумлении открыл рот, и невольно улыбнулась.
Но моя уловка удалась, мне снова просунули поднос с едой.
Я с облегчением поняла, что еда простая, но вкусная. Не баланда, которой, как мне казалось, должны кормить заключенных или заложников.
И даже вино было… дорогое, и очень кстати.
С удовольствием покончив с едой, снова стучу в стену кареты.
- Спасибо.- Искренне благодарю, возвращая поднос.
- Не за что…- Отвечает мне - слегка насмешливый баритон.
Какой приятный голос...- С надеждой подумала я. - Его обладатель не может быть безжалостным.
И уже вслух, я произнесла: - Пожалуйста, оставьте приоткрытым ставни, и если можно – приоткройте окно…тут очень душно. Я буду вести себя очень, очень хорошо. ПЛИЗ…
Глаз посмотрел на меня с недоверием, но ставни остались приоткрытыми, хотя окно мне, разумеется, ни кто не открыл.
И так, первый раунд я выиграла…
Прошло несколько часов.
Я, буквально прилипнув к узкой щели в ставнях кареты, милостиво оставленной мне похитителями, старалась разглядеть снаружи хоть что-то, продолжая рассуждать:
Ужасная дорога, уроды явно везут меня задворками, чтобы ни нарваться па патруль. Отец точно уже меня ищет. Да и сэр Кор Кирби, не последний человек в этих землях… Наверняка поставил всех на уши! Он не простит похищение невесты, а с ней и двух третей земель королевства.
Снова стучу: - Пожалуйста, очень вас прошу, приоткройте окна кареты, здесь нужно проветрить, очень душно. – Я говорю тихо, как тяжелобольная. – Умоляю… Я, сейчас потеряю чувства…
И поняв, что за мной наблюдают, я падаю…
Прямо рухнула, как подкошенная, пребольно ударившись головой о сидение.
Окно тут же открылось, НАСТЕЖ…
Дышать сразу стало легче! Но я лежу, даже не шелохнувшись…
Горжусь собой, 10 балов за артистизм…
Лежу, не шевелясь, спина уже затекла. Но я лежу… Долго…
Похоже – падая, я разбила затылок, болит ужасно…
-Господи, она жива? Он меня прибьет…Да что он, я сам себя прибью…- Наконец, услышала я снова приятный, но теперь уже - встревоженный баритон.
Карета резко остановилась. Её дверь распахнулась, и меня, подняв на руки, вынесли из неё на воздух. Я глубоко вдохнула, воздух пах сыростью и хвоей – лесом...
-Боже ты мой, она разбила голову, сколько крови…
- Дышит? Слава богу… - Восклицает какая-то женщина, и начинает нервно тыкать мне в нос какой-то гадостью. – Вы просто садист, сэр Арни…
Нашатырь…
Чихаю, и медленно, очень медленно открываю глаза.
Только-бы не рассмеяться…
Еле сдерживаюсь…
У бандитов не должно быть таких добрых, открытых, испуганных лиц.
Добряк, с аккуратной французской бородкой, облегчённо выдохнув, вытирает тыльной стороной, едва заметно трясущейся руки, пот со лба: - Бедная девочка. Чувствую себя детоубийцей…Ни за что бы не подписался на это, если бы не репутация Скира. – Виновато оправдывается он.