— В ожидании материалов, уважаемый Игорь Владимирович, — пустые водянистые глаза генетика никак не вязались с любезной улыбкой, — я позволю себе закончить изложение фактов. Волчицы нас откровенно разочаровали. Щенки родились здоровыми, они отличались от натуральных сверстников более высокой скоростью развития, крепким здоровьем, а главное фантастическим интеллектом. К сожалению никакой способности к обращению. Подобные существа хороши в служебном собаководстве, но совершенно бесполезны для наших целей. Пошли разговоры о выведении новой породы. Однако, как вы понимаете, в задачи лаборатории не…
— Что произошло с женщинами? — рассказа Каплика, не смотря на абсурдность и неправдоподобие захватил Игоря. Профессор это отметил.
— Похвально, капитан, похвально. Другой бы на вашем месте…
— Так что же случилось с женщинами?
— У большинства произошёл выкидыш. Родившиеся младенцы погибли через неделю. Выжило всего лишь шестеро. Пятеро из них оказались дебилами. И лишь один экземпляр можно было считать более менее удачным. Конечно, он вряд ли покорил бы сердца женщин — внешность неандертальца. Он вряд ли стал бы великим учёным, уровень его развития соответствовал уровню развития не особо талантливого выпускника средней школы. Однако, предмет исследования обладал почти всеми качествами необходимыми нам. Он фантастически быстро рос, к четырём годам жизни, физические параметры мальчика соответствовали параметрам здорового молодого человека 18–25 лет. Необычайная сила, ловкость, целеустремлённость, звериная интуиция, хитрость. И самое главное способность к обращению. К частичному, но всё же обращению. Отцов проекта ожидал триумф… Если бы не одно обстоятельство. Объект не воспринимал никого, кроме майора Платоновой. Ей он был предан на двести процентов.
— Типичная модель поведения псовых, — вмешался Кочуев, — животное, как правило выбирает одного хозяина, точнее сказать вожака, остальных же считает членами стаи и ревностно охраняет своё место рядом с вожаком.
— Благодарю за сноску, Вячеслав Андреевич. Позволите продолжить?
Голова-бильрдный шар ответила кивком.
— В человеческом обличии подопытный вполне контролировал поведение. Но обращаясь зверем… Первый подобный опыт стоил нам жизни четырёх сотрудников. Представьте себе, капитан, спецподразделение, где бойцы выбирают командира по собственному усмотрению. А если он гибнет? Что тогда? Тогда подобный отряд станет опасным не только для врага… Вы меня понимаете?
— Неуправляемая стая бешеных псов.
— Волков, капитана, волков-людей, что ещё страшнее. Потому-то мы недолго почивали на лаврах и продолжили работу ударными темпами. Мы получили стволовые клетки Маугли — так прозвали малчишку-оборотня — и принялись за поиски подходящих доноров среди людей. В их число попали и вы.
— Стоп, профессор, а как насчёт иска по поводу насильного вовлечения в эксперимент?
— Дорогой, Игорь Владимирович, чтобы подать иск, вам нужно выйти отсюда. Чтобы выйти отсюда, вам надо стать членом команды. Становясь членом команды, вы подписываете документ о неразглашении государственной тайны. Подавая иск, вы превращаетесь в государственного преступника. И это только в том случае, если ваш адвокат через минуту разговора не вызовет санитаров.
— А как насчёт средств массовой информации или, скажем конкурирующих контор?
— Капитан, не будьте ребёнком.
— Хм, действительно.
— К тому же, приняв нашу сторону, вы получите такое содержание, в том числе и денежное, какое не снилось ни судам, ни вражеским разведкам и уж тем более жёлтым газетёнкам. Так мы продолжим разговор, или увязнем в бессмысленных препирательствах?
— А у меня есть выбор?
— Разумно, капитан, вполне разумно. Я остановился на продолжении эксперимента. Говоря кратко, мы надеялись человеческим генами уравновесить рвущегося на волю зверя. Обычный метод селекции, только не путём многолетнего искусственного отбора, а с помощью едва различимых в электронный микроскоп хромосом и клеток ДНК. Вот тут-то начал разваливаться Союз. Первое время нам урезали финансирование. Потом молящиеся на Европу и Америку защитнички прав человека, попытались сунуть нос в наши разработки. Наконец, один из тамошних аксакалов слез с дерева и объявил суверенитет. Другие аксакалы не захотели уступать самую высокую пальму. Естественно, началась грызня. Нас срочно эвакуировали. То, что не удалось вывезти, пришлось уничтожить. Короче говоря — плоды почти семидесятилетней работы рубанули под корень. Впрочем, как и всё в этой стране. Представьте наше удивление и даже восторг, когда при разморозке проекта, мы обнаружи-ваем дневник майора Платоновой и оттуда узнаём, что она тайно приняла участие в эксперименте. Мало того, покидая базу, майор выявила у себя первые признаки беременности. К сожалению, поиски Платоновой пока не дают результата. Мы попытались выйти на донора… Поэтому-то вы и здесь.