Обычно я не смела ему перечить, но то, что произошло сегодня… Нет! С этим мириться не буду!
— А что я должна была сделать? Остаться и приготовить им ужин? — вскинулась я.
— Послушай, дочка… — градоначальник Торнтон сделал ко мне пару шагов, приглаживая светлые, уже пошедшие проседью волосы. — Давай присядем.
Я поджала губы, но кивнула, опускаясь на диван. Увидела, как мачеха вышла и встала в проходе, обеспокоенно глядя на нас.
Папа взял мою руку и сжал её влажными от пота ладонями:
— Понимаю, тебе сейчас непросто… — медленно проговорил он.
Я почувствовала запах дорогого виски и подавила в себе желание отвернуться.
— Но попробуй понять Дариуса, — мягким голосом продолжил между тем отец. — Он молод и горяч… К тому же волки чрезвычайно импульсивны от природы. Наверняка эта рыжая пройдоха вертела перед ним хвостом… Заманила парня в свои сети… Но он любит тебя, Мора! И готов на тебе жениться!
В немом изумлении я вглядывалась в единственного родного мне человека на этом свете. Почему он встаёт на сторону подлого предателя Дариуса?
— Я твоя дочь! — напомнила папе, вырывая ладонь. — Как ты можешь говорить такое?
Лоб градоначальника покрылся испариной, он оттянул ворот дорогой рубашки, пытаясь дать себе больше воздуха.
— Мора, не артачься! — начал давить на меня отец, гневно сверкая глазами. — Показала характер и хватит!
Почувствовала, как начинают дрожать губы… Я, конечно, предполагала, что он расстроится, но всё-таки надеялась до последнего, что папа будет на моей стороне. Это ведь жених виноват! Не я! Но почему же именно на меня сыпятся все шишки?
— Тайриз, прошу тебя, будь объективнее, — попыталась вмешаться Микайла. — Морэлла правильно поступила!
Отец резко развернулся, впиваясь в мачеху злым взглядом:
— Твоего мнения кто-то спрашивал? Или может быть Мора твоя дочь?
Мика отрицательно покачала головой, обхватывая себя руками в попытке защититься.
— Вот как родишь мне детей, их и будешь воспитывать! — продолжал градоначальник Торнтон, всё больше зверея. — Хотя я уже начинаю думать, что ты бесплодна. Мне досталась бракованная волчица!
Я увидела, как слёзы появились в карих глазах мачехи. Она прижала ладони к лицу, пряча свою боль.
— Прекрати! — одёрнула я отца. — Как ты можешь говорить такие вещи? Тебе должно быть стыдно!
— Милый, прошу, — Микайла подошла и нежно положила руку на плечо мужа. — Поговорим обо всём завтра… Ты устал и к тому же немного выпил…
Тайриз резко скинул руку жены:
— Прекрати разводить здесь сопли, пошла вон отсюда!
Волчица отшатнулась и едва не упала. Я встала, буравя отца разъярённым взглядом:
— Мика права. Поговорим завтра.
— Прекратите этот балаган! Завтра ты, Мора, уже должна быть в поместье Дариуса. — взорвался Тайриз. — Он уже едет сюда со своим отцом.
Я в ужасе обернулась, вглядываясь через окно в темноту ночи, как будто Дариус уже там, глядит на меня своими зелёными волчьими глазами.
— Не поеду, — выдавила я, делая шаги по направлению к выходу из комнаты.
Отец встал и больно схватил меня за запястье. Я зашипела, пытаясь вырвать руку, но он был гораздо сильнее меня. Подняла голову, глядя на отца c нескрываемой злостью.
— Ты сильно меня подставишь, дочка, — покачал головой он, дёргая меня ближе к себе.
Я отвернулась и задержала дыхание, пытаясь не втянуть в себя противный запах алкоголя.
— Послушай меня. Мы с Макензи заключили сделку… — отец схватил меня за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. — Я помог ему, как будущему родственнику, получить разрешение на строительство новых торговых комплексов.
Градоначальник Торнтон многозначительно поднял брови.
Я всё-таки вырвала у папы своё запястье и принялась растирать его:
— Не понимаю, при чём тут наша свадьба?
— Притом… — отец понизил голос. — Что они знатно отсыпали мне за то, что я подделал документы и договорился с кем нужно.
А я-то всё думала, откуда у отца появилась новая машина… Самая дорогая, последней модели.
— Тайриз… — Микайла неверяще покачала головой. — Как ты мог взять эти деньги?
— Выйди, — градоначальник Торнтон свирепо указал жене рукой на дверь.
Мачеха закусила губу и выбежала из комнаты, до меня донеслись звуки рыданий.