Пациентка какое-то время пыталась вырваться из опутывавших ее простыней, издавала странные звуки, но снотворное, кажется, уже начинало действовать, и ее движения становились всё более слабыми и редкими, пока она не уснула окончательно, и только тогда медперсонал, столпившийся в палате, выдохнул с облегчением.
Дежурный врач, на этот раз мужчина, отрывисто приказал двоим санитарам, которые помогали ему уложить пациентку на кровать, оставаться в палате и следить за ней, не сводя глаз, а потом затребовал у дежурной медсестры историю болезни. Должно было быть хоть какое-то объяснение того, что пациентка, которая находилась едва ли не при смерти, начала так лихо и живо скакать по палате и кидаться на людей. Карту ему принесли, он вспомнил, что именно это за пациентка, и, пока дочитал, успел сотню раз пожалеть, что к ней не приставили полицейского, как должны были бы. Пациентку звали Елена Царёва, она была потерпевшей по делу о похищении и нападении. Жертвой, а не нападавшей! Чушь какая-то!! Как она вообще смогла так быстро подняться, а уж тем более – как, а главное, зачем набросилась на медсестру??? Предвкушая нескучную во всех смыслах ночь, мужчина отправился в ординаторскую, чтобы сообщить по телефону о происшествии заведующему отделением и дознавателю, ведущему дело.
Заведующий выругался матерно, велел сделать пациентке несколько срочных анализов крови, пострадавшую медсестру ни в коем случае не допускать до работы, но и не отпускать домой до утра, следить за ее состоянием. Также нужно было вызвать к палате кого-то из охраны больницы и позвонить дознавателю, что дежурный врач тут же и сделал.
Дознаватель матом не ругался, был выдержан и спокоен, его удивление выразилось лишь в том, что он разговаривал только короткими вопросами, а потом пообещал приехать максимально быстро.
В ожидании его доктор прошел в полуразгромленную палату, где санитарка уже заканчивала наводить порядок. Двое мужчин-санитаров сидели по обе стороны от кровати, у двери на стуле занял свое место сотрудник службы безопасности. Пациентка спала, грудь ее под простыней, которой ее уже успели накрыть, мерно вздымалась. Всё выглядело вроде бы мирно и спокойно, но после увиденного ранее мужчина не мог быть уверен, что через секунду не случится что-нибудь неожиданное. Он подошел к окну, скрестил на груди руки и просто наблюдал за спящей пациенткой. Время тянулось медленно, и, боясь, как бы после перенесенного потрясения все они не стали засыпать, он выглянул в коридор и попросил сестру сделать им по чашке крепкого кофе. Скоро девушка принесла на подносе чашечки с дымящимся черным напитком. Дежурный врач взял свою порцию и, поблагодарив, снова отошел с ней к окну. Остальные мужчины разбирали и смаковали свои порции, когда он бросил случайный взгляд на спящую пациентку, и чашка выпала у него из рук и покатилась по полу, расплескивая свое содержимое.
Женщина на кровати, которая по всем показателям должна была бы спать, открыла глаза и внимательно посмотрела на него. Желтыми глазами без белков. Глазами зверя. Нижняя челюсть у нее стала удлиняться, из-под верхней губы показались нечеловечески длинные клыки.
Опытный, много повидавший в жизни мужчина почувствовал, что сознание покидает его. В следующий миг он ощутил виском холод напольного покрытия и даже не успел удивиться. Уже почти отключившись, он увидел, как садилась в кровати его странная пациентка, у которой вместо ногтей на руках вытягивались длинные острые звериные когти…
Он уже не стал свидетелем того, как к поднявшейся обнаженной женщине вплотную подбежала его дежурная медсестра, хрупкая с виду девушка, только что принесшая им кофе, как она с размаху отвесила пациентке непропорционально удлинившейся рукой удар такой силы, что та отлетела обратно на кровать и отключилась. Спокойно привязав ее обратно и цыкнув на находившихся в палате мужчин, девушка вышла, набрала на мобильнике номер и тихо сказала в трубку:
– Привет. Это я. Сестренка родилась, нужно встретить.
Капитан Коваленко приехал в областную больницу почти в полночь. Из приемного отделения позвонили в реанимацию и сообщили о его приезде, и буквально через пять минут к нему уже вышел дежурный врач отделения – высокий мужчина лет сорока, чуть старше самого Бориса, поразивший его свежим, только-только проявляющимся кровоподтеком на левом виске и блестящими, лихорадочными глазами. Похоже было, что он был либо пьян, либо под наркотиками, но капитан сомневался, чтобы доктор такое себе позволил на рабочем месте. Как ему показалось, врач едва сдерживался, чтобы не броситься ему на шею. «Что у них там творится-то?» – в очередной раз спросил себя Борис и следом за своим провожатым двинулся по больничным коридорам, уже почти ставшим ему привычными.