– У Вас были конфликты с Мельниковым?
– Что Вы имеете в виду? – не понял Царёв.
– Вы ссорились? – перефразировал полицейский. – Может быть, вы что-то не поделили или у вас возникали какие-то ситуации, в которых вы остались недовольны друг другом?
Царёв, судя по внешнему виду, напрягся еще больше. Его явно коробили и тревожили такие вопросы, но иначе информацию вряд ли было возможно получить, поэтому Коваленко настаивал на ответе.
– Я не помню такого, чтобы мы ссорились, – после долгого размышления всё-таки ответил Михаил. – Были ситуации, когда мы не совсем понимали друг друга, но вот прямо чтобы ссориться, – такого не было. Когда пропала Лена, Олег даже помогал мне в ее поисках.
Капитан кивнул, записывая, и, не поднимая головы, как бы невзначай поинтересовался:
– А когда Вы в первый раз сообщили ему, что Ваша жена пропала?
Пауза в разговоре показала полицейскому, что Михаил не задумывался об этом вообще.
– Кажется, на следующий день, ближе к вечеру, – вспомнил он. – Я сперва обзвонил родных и друзей Лены, потом уже стал связываться со своими, в надежде на то, что они как-то могут мне помочь.
– Помогли?
– Частично. – Михаил глубоко и долго вздохнул. – Если Вы помните, наши поиски тогда ничем не увенчались. Разве что только моральная помощь…
– Но ведь и это немало, – сказал Борис, чтобы внести хоть какую-то позитивную нотку в этот грустный разговор.
– Конечно, – согласился Царёв. – Без поддержки семьи и друзей я бы точно не справился с ситуацией.
Коваленко неожиданно для себя понял, что муж Елены ему не нравится. В принципе, это не имело никакого значения, но отношение уже сложилось. В словах и поведении Михаила проявлялась некая позиция жертвы, слишком много страдания и акцентирование на нем. Конечно, сложно было представить, как на его месте повел бы себя, скажем, сам Борис, но ему почему-то думалось, что не так. При всем том, что выпало на долю Михаила, можно было вести себя как-то более по-мужски, что ли… Более точного определения Борис подобрать не мог. Эта позиция страдальца в исполнении взрослого здорового мужика, главы семьи, раздражала Бориса, и он решил поскорее задать все нужные вопросы, чтобы отделаться от этого неприятного общества.
– А насчет Алексеенко что Вы можете сказать? – перевел он внимание на другого интересующего его персонажа.
– Сашка с коллегами не очень общается, – сказал Михаил. – Он больше с соседями по подъезду и двору, там у них подобралась компашка автолюбителей.
– А на дачу они часто выбираются? – Борис и сам слышал, что слово «дача» уже стало его припевом.
– Не могу сказать, чтобы часто. В основном дачей его жена занимается, она это дело любит, деревенская. Плюс у него тёща в деревне живёт, так что ему работ на свежем воздухе с лихвой хватает, лишний раз он по своей воле туда не поедет. – Царёв улыбнулся, и Коваленко не сдержался и улыбнулся в ответ, представив себе этакую классическую историю про тёщу и зятя.
Борис сделал в блокноте еще несколько пометок. Алексеенко не фанат дачи, но автолюбитель. Еще раз проверить гаражи, ставшие вторым его «припевом»? Может быть, в интересующих его кооперативах есть гараж у кого-то из его знакомых. Но как отследить этих знакомых? И как объяснить начальству, почему именно их? Со стороны может показаться, что он уходит от расследования куда-то в дебри – а может, так оно и есть? Может быть, он подсознательно уже поверил Парфёнову и тормозит дело, сам себе в этом не признаваясь? Нет, вряд ли. Это было бы уж совсем проявлением слабости, чего за ним отродясь не водилось.
Пауза затянулась. Михаил Царёв выжидательно смотрел на него, явно тяготясь тишиной и задумчивостью своего собеседника. Борис кашлянул и съел кусочек из своей тарелки. Неприятно было осознавать, что он настолько ушел в свои мысли, что потерял контакт с реальностью. Он задал еще несколько вопросов о том, как чувствуют себя дети, удалось ли Михаилу увидеться или поговорить с женой, и совершенно неожиданно получил ответ, что да, с Еленой поговорить получилось.
– И что она сказала, если не секрет? – не смог он сдержать любопытства.
Михаил грустно вздохнул.
– Сказала, что чувствует себя уже лучше, но пока врачи не уверены толком, что справляются с вирусом, поэтому видеться нельзя, – ответил он. – Обещала сама позвонить, когда появится возможность.