В подвале следов крови было еще больше, да и сам он вызвал у спецов огромный интерес. Подвальное помещение имело выход только на заднюю комнату дачного дома и отделялось от нее массивной, толстой металлической крышкой с замком, запирающимся только сверху. Стены подвала представляли собой соединения толстых бревен из хорошего, качественного дуба с пропиткой – судя по внешним признакам, очень старого, да и анализ позже это подтвердил. Большая часть этих бревен была покрыта глубокими и широкими царапинами, словно там держали взаперти какое-то дикое животное, вот только навскидку никто из экспертов не смог определить, к какому виду оно могло принадлежать. Борис, осмотрев царапины, узнал их безошибочно: после его трансформации в спальне на паркете остались очень похожие следы. Пока его предположение о том, что здесь всё-таки каким-то образом участвовал оборотень (а возможно, и не один!) подтверждалось.
Перерыв домик и частично участок, группа нашла еще несколько похожих царапин, из чего напрашивался вывод, что животному, находившемуся в подвале, удалось вырваться на свободу. Что было с ним потом, осталось загадкой, ведь больше подобных следов поблизости найти не удалось. Правда, была ночь, и сделать это было уже не так-то просто, поэтому сошлись на том, что при свете дня нужно будет осмотреть дороги от домика более внимательно.
В домике также нашли несколько клочков ткани со следами крови. Видимо, их просто не заметили, оттого и не успели убрать или уничтожить. Борис теперь был уверен, что Елену Царёву держали именно здесь, и именно отсюда ей удалось сбежать. Он даже предварительно прикинул маршрут от дачи до того места, где ее нашли. Далековато, но достижимо. Будучи напуганной до смерти и израненной, она могла, цепляясь за жизнь из последних сил, и до леса добраться. И, скорее всего, это было тоже ночью, ведь никаких свидетельств того, что ее кто-то здесь видел, не было. Хотя кто его знает, как всё было на самом деле. Нужно копать дальше.
Хозяин дачи, Анатолий Москаленко, приехавший по звонку одного из соседей, приглашенного понятым, ничего вразумительного по поводу находок сказать не смог. Они его не впечатлили. Он лишь попытался уверить полицейских, что не в состоянии помнить весь мусор, который может быть на даче в зимний сезон, когда здесь практически никого не бывает. К тому же, он иногда дает ключи друзьям, желающим отдохнуть на выходных за городом, так что не может точно знать, какой мусор они за собой не убрали. По поводу подвала мужчина сказал, что у него когда-то взбесился пес, подхвативший бешенство от забредшей лисицы, и его пришлось подержать какое-то время в подвале, пока не привезли ружье и не застрелили. Зачем обычному подвалу такая массивная и основательная крышка, Москаленко тоже сказать не смог. Просто так, чтоб было, – вот и всё. Его взяли под стражу до выяснения подробностей и получения анализов крови с найденных образцов.
Чуть позже удалось найти и несколько рыжих волос в разных частях дома. На них также были следы крови. Хозяин снова переложил ответственность на своих друзей и их гостей, но это нужно было еще доказать. Прикрыться тем, что это были волосы его жены, не получалось: она была блондинкой, да еще и натуральной. Список друзей, у которых были ключи, Москаленко, не без препирательств, дал, и в нем, разумеется, в первых строках фигурировало имя Олега Мельникова.
Тем временем самого Мельникова взяли под арест. Борис собирался серьезно допросить его этой же ночью, когда будут первые результаты по анализам собранных материалов. И вот теперь это время пришло. Результаты были, и с ними его можно было спокойно брать. Кусочки ткани оказались аналогичными одежде, в которой нашли Царёву. Кровь на волосах и ткани, а также сами волосы тоже принадлежали ей. Более того, в образцах, собранных в домике, нашлись частицы шерсти, совпадающей с той, из которой был связан найденный ранее собакой на гаражах шарфик. Это был всего лишь маленький кусочек, но из таких кусочков уже понемногу складывалась мозаика. Хозяин дачи от знакомства с Еленой всячески отказывался, и он действительно ни в каких списках, отработанных Борисом и коллегами, не значился. Он был знаком только с Мельниковым, но не с ней.