Я задумалась о том, что уже несколько дней как пришла в себя, что общаюсь с магами, ем, сплю, но так и не приблизилась к загадке, кто пытался убить меня и за что... Айн переживает, что сам убил своего зверя. Наверное, мучается, размышляет, можно ли было избежать этого. А у меня ещё больше вопросов. Почему кто-то открыл телепорт и бросил меня умирать в снегах? Зачем мне перебили руки и ноги? Кто я на самом деле и откуда взялась? Почему потеряла память? Что совершила? Ведьмачка Рьетте, нашедшая меня в снегах, уверяла, что магические звери Виндззоров гонятся за мной, чтобы наказать, что мне надо прятаться от них, но и этого я не знала наверняка. Я слышала их вой и чувствовала, как гончие спешат за мной. Но почему?
Я натянула на себя одеяло, закутавшись в него. Подвинулась к краю огромной кровати. И села рядом с северянином. Плечом к плечу. Попросила:
— Айн, расскажи мне про твоего зверя.
Мужчина, почувствовав моë тепло, сначала прислонился ко мне. А потом лëг, положив голову мне на колени и поджав ноги к корпусу. Я думала бывший лорд опять замкнëтся и замолчит. Но он заговорил. Очень тихо.
Начал рассказ:
— В наших краях обретение зверя магом происходит в девятнадцать лет. Кто и почему выбрал такую цифру, никто уже и не помнит. Тех, кто демонстрирует спонтанные всплески магии, находят и обучают. Чаще всего это Сыны Неба, наследники крепостей, их дальние родственники или бастарды. На севере сложно выжить. И феодалы принимают всех своих детей. А тех, у кого есть умение видеть и чувствовать больше других, особенно ценят. Не меньше, чем сильных воинов. Впрочем, из них позже и воспитывают воинов. Аскетичных, волевых, сдержанных. Противоречие, да? Чтобы чувствовать энергию, надо еë любить. А чтобы подчинить и удерживать, надо обладать волей.
Айн задумался о чëм-то своëм, потом продолжил:
— В день Солнцестояния маги в Центральной Крепости приоткрывают границу. Там и собираются будущие загонщики. Довольно быстро тени ощущают разрыв и устремляются к нему. Их уже ждут. И тут как повезëт. Или тень подчинит тебя, сойдëшь с ума и тебя сожгут свои же. Или ты подчинишь тень, и она станет твоей гончей. Победил или пропал, и всё это, пока не закрыли разрыв.
Северянин вспомнил что-то, лицо его омрачилось, потом просветлело:
— Мне повезло с Айной. Есть мнение, что "женские" тени, которые выбирают загонщиков-мужчин мягче, чем "мужские", что именно поэтому магов-девушек так мало. Семьи не пускают дочерей на обретение зверя. Из тех, кто всë же хотят стать загонщицами, многие не справляются. И их приходится сжечь своим же. А без зверя талантливому магу не раскачать свой потенциал. Вот и становятся девушки, расчитывающие только на свои силы, слабенькими целителями, бытовыми магами. Думаю, в этом есть своя правда. Звери разные. У нас начальником гарнизона была Шевраль Виндззор, моя троюродная сестра. Ты бы видела еë пса. Не каждый уже состоявшийся мужчина-маг с таким справится. А моя, Айна была очень мягкой для тени. Не знаю, почему она выбрала меня. Воспитан как воин. Сдержан. А она любила неполезное. Другие тени любят крушить, взрывать. Только ослабь контроль, тут же поджигают, поднимают ветер. Тогда как Айна обожала красивое. Стоило отвлечься, как она рисовала картины из стихий, сплетала огонь, воду, получались узоры чистой энергии. Как вот ты с саламандрами играла. Так же. Ещё Айна сильной была. И без специализации. У остальных земля так земля или там водник. Айна могла и с растениями работать, и с людьми, и со стихиями, знала будущее... Таких больше не было. Ни у кого. И ещё...
Я даже в темноте заметила, как северянин покраснел. Думала замолчит.
Но он продолжил:
— Другие маги проклинали свой талант. И когда выпускали зверя и прибегали к его силе, то ощущали это как боль, наказание. Для меня объединение с Айной было похоже на секс. Волна тепла, которая пробегала по телу. Ощущение тугой наполненности. Удовольствие от движения и магии. Каждый раз она придумывала что-то новенькое. Я ждал заказы на работу, точно свиданий с любимой девушкой. Поэтому когда Айна напала на меня... Это было ещё страшнее... Сжечь еë... Это было точно уничтожить часть себя. Мне до сих пор кажется, что я пуст. Очень холодно.