Тьерри убежал дальше по поручениям ректора. Пришла девушка, рабыня, сготовила поесть, не так вкусно, как Бриар, но быстро и аккуратно. Потом начала уборку. Я заглянула в спальни. Айн спал, накрывшись с головой. Я переоделась в алую амазонку, под пышной юбкой скрывавшую некое подобие брюк. Сверху накинула заботливо оставленную для меня ректором алую накидку, подбитую мехом горностая. Примерила красные сафьяновые сапожки, тоже оказавшиеся точно впору. И всë же направилась в зал для танцев. Там уже вовсю кипела работа. Девушки, в основном из целительниц, украшали помещение. Им помогали несколько симпатичных магов.
Со мной пытались знакомиться, просили помочь, улыбались, шутили, но я ощущала именно то, о чëм говорил Тьерри. Вибрацию в крови, которая буквально кричала: "Опасность! Опасность! Беги!"
Народ всë прибывал. Студенты приходили после занятий и подключались к украшению зала. Вокруг уже сияли огоньки и сверкали россыпи снежинок. Пришëл Кайл, как всегда с Арсом, оба кивнули мне с приветливыми улыбками. Пару раз мимо быстро проходил ректор, на ходу чмокнул меня в щëку, одарил витиеватым комплиментом и поспешил дальше.
А потом вдруг люди разом засуетились, затолкались, тут и там раздалось восхищëнное:
— Король! Король приехал!
Народ вокруг подался вперëд. Всё хотели поприветствовать короля и свиту. Кто-то радовался скорой встрече с родными. Люди перешëптывались, улыбались. Но почти тут же раздались наполненные ужасом крики:
— Звери сошли с ума!
Студенты и педагоги бросились прочь. Те, кто стояли дальше, толкали остальных, пытаясь скрыться. Я же, напротив, двинулась навстречу толпе бегущих. Я знала, что там, впереди, нужна моя помощь. Как вдруг чей-то испуганный голос закричал на высокой ноте: "Король убит!" И тут же оборвался, сметëнный жутким рыком.
Пещера 13. Эй, зверь, слушай сюда!
Позже я пыталась осмыслить всё, что происходило в тот день, понять, почему я помчалась на рык королевского зверя, в то время как все остальные бежали в противоположную сторону. Я не знала своего прошлого, но уже начинала осознавать черты личности: любопытство, уверенность в себе, отличная интуиция, быстрая реакция, какая-то особая чуткость к другим и сонастройка с ними. И в тот конкретный момент я знала, что должна находится рядом с королевской кровью Виндззоров.
Когда вспоминаешь, всё не кажется таким страшным, а смена событий такой резкой. Вот Кайл развешивает гирлянды с серебряными звëздами и напевает милую детскую песенку. Принц счастлив. А я, вот чудо, помню славную, простенькую мелодию телом, ноги притопывают, а губы улыбаются и подпевают. Вот мимо быстро проходит ректор, он чем-то встревожен, но старательно это скрывает. В то время, как люди вокруг взбудораженно предощущают праздник. А когда узнают о приезде короля радуются вдвойне. И тем сильнее бьëт по нервам страх, который почти мгновенно накрывает толпу. Раздаются наполненные ужасом голоса:
— Звери сошли с ума!
И почти тут же чей-то испуганный выкрик:
— Король убит!
Сейчас я понимаю, мне надо было бежать прочь вместе со всеми. Но... Всё должно было сложиться так, как и произошло.
Студенты и педагоги пëстрой испуганной толпой бежали мне навстречу. Я огибала людей, пробираясь вдоль стен, пережидала около колонн и бежала-бежала к выходу на улицу. Чем ближе я к нему была, тем сильнее ощущала тревогу, пробуждающую магию в моей крови. Почти у самого выхода какой-то грузный парень сильно толкнул меня, и, если бы ни чьи-то надëжные руки, я бы упала. Обернулась. И, признаюсь, я ждала увидеть Айна. Но позади был Кайл. Подхватил и помог устоять на ногах. Он тоже спешил на улицу. И, за что я ему была благодарна, не попытался отправить меня с другими убегавшими, а, напротив, подхватил за руку и потянул за собой. Вскоре мы вырвались на морозный воздух.
То, что происходило, напоминало фантазию чьего-то жуткого, злобного разума. Ректор лежал на снегу, пальцы левой руки и запястье сочились кровью, окрашивая снег в алый. К Бриару пытался прорваться крупный огненный лев, загривок животного стоял дыбом, зубы были ощерены в оскале, хвост в гневе хлестал по бокам. Два других зверя, один изящнее, а другой крупнее, порыкивая, оттесняли собрата от бессознательного тела.