Женщина энергично закивала и быстро нашла повод, чтобы удалиться. Похоже, "ядовитые" особы в еë рейтинге находились где-то на уровне игрушек короля. Разве что с пометкой "опасное удовольствие".
"Я реально ядовитая?" — поинтересовалась я у голоса в своей голове. Но тот уже заснул и не ответил. Я попыталась ещё раз: "Кто ты?" Ответом мне была тишина. Похоже, странный помощник проявлял себя лишь в минуты опасности.
Какое-то время я пыталась держаться. Но вскоре сон сморил меня. Мне снился странный маленький мальчик рядом с угрюмым дедом.
Нахмурив брови, но улыбаясь в кустистую бороду, пожилой мужчина загадывал малышу загадку:
— Как спрыгнуть с лестницы Небесной Крепости и не разбиться?
Мальчик, широко распахнув фиолетовые глаза, тут же отвечал:
— Спрыгнуть с первой ступеньки.
Мужчина фыркнул:
— Прочитал мои мысли?
— Не хочу. Там интриги, войны, много крови, месть... Я больше не полезу к тебе в голову, деда. Это больно.
Похоже, мужчина остался доволен. Он погладил малыша по смоляным локонам, контрастировавшим с белоснежной кожей. Впрочем, малыш был очень похож на деда, так сильно, что родство не вызывало сомнений.
Позже мне снилось небо. И огромный замок в нëм. Деревья прорастали сквозь слой плодородной почвы, и их корни раскачивались в небе под необычной крепостью. А в окне самой высокой башни маячило бледное лицо в обрамлении смоляных локонов. Девушка казалась мне смутно знакомой. Потом замок скрылся среди облаков, а мне приснился Айн, стоящий у кровати.
Проснулась я от крика:
— Айн, что ты делаешь у кровати леди Мадженты? — Аша бурно размахивала руками. — Уходи-уходи. Леди под защитой брата короля. А ты иди в свою палату. Спать. Понял? Сейчас спать! Иди!
Однако бывший лорд Северной Крепости, разжалованный до раба, стоял у моей кровати и даже не пытался двинуться.
Когда Аша привела широкоплечего медбрата, Айн отмахнулся от того быстрым лёгким движением, но так, что громилу отбросило в сторону, где медбрат встретился со стеной и затих.
Целительница извиняющимся тоном произнесла:
— Простите, леди Маджента. Обычно Айн круглыми сутками сидит, уставившись в стену и ни на что не реагирует. Он стал таким после того, как убил собственную магическую гончую. И его активность и упрямство сейчас мне не понятны.
А дальше события понеслись с бешеной скоростью. Айн подхватил меня на руки и сначала пошëл, а потом быстро побежал в коридор. Я же успела заметить, как потолок над моей кроватью вспухает огнëм и в образовавшуюся дыру заглядывает морда магической гончей. Это не была собака. Странная и жуткая помесь из множества зверей, которые выглядывали из огненного сердца. Лисы, волки, гепарды скалили пламенеющие лики.
Аша залепетала:
— Аш, моя шерстиночка, ты как сюда попал? Мы же в Академии. Милый, нельзя. Уходи за стену.
А дальше я увидела, как пëс бросается на свою хозяйку. И этого я не смогу забыть. Убив Аш, зверь вдруг превратился в огненный шар. Уже с улицы, куда меня на руках вынес Айнайн, через окна я увидела, как огненная гончая заполнила собой всë помещение и взорвалась, обрушив левое крыло целительского корпуса.
Когда рядом с нами из телепорта шагнул ректор, Айн продолжал прижимать меня к своему прохладному телу. Северянин стоял, не двигаясь и не давая мне опустить ноги в снег. Он молчал. И точно заледенел. Лишь грудь, к которой он прижимал меня, начала потихоньку оттаивать и обретать температуру человеческого тела. Через тонкие рубахи, которые были и на нëм, и на мне, я слышала, как медленно бьëтся его сердце. Однако чуть-чуть ускоряясь с каждой песчинкой времени, проведëнной рядом со мной. Ускоряясь до всë ещё редких ударов, не чаше одного раза в чашу времени. Не более. У меня появился заледеневший и верный голем.
Ректор оглядел очередного мужчину, который обнимал меня, потом полуразрушенное здание, а затем, махнув рукой правее целительского корпуса, обречëнно произнëс:
— Айн, отнеси леди Мадженту в мой дом, на данный момент это самое защищëнное место в Академии.
На удивление Айн послушался и легко зашагал вместе со мной на руках к уютному дому, стоявшему в небольшом отделении от остальных зданий. Ректор же сделал странный пас в сторону своего дома и зашагал к обломкам целительского корпуса.