Да. Сейчас! Разогнался! Подонок! Так тебе и отдали своего ребёночка, зверь лютый.
Он прочитал моё возмущение по глазам и рассмеялся.
— Зачем я нужна, раз так? — у меня слёзы накатывали. — Оставил бы меня в квартире. Разбил бы моё сердце сразу.
— Не нужно мне твоё сердце. Ты вообще от Суки только меткой отличаешься, но такая же безмозглая и паскудная, — кинул он с презрением. — Мне Уар нужен.
— Борьба за территории? — хмыкнула я, пропустив мимо ушей его оскорбления.
— Тут без вопросов. У них есть свой город. Мало. Ко мне залезли, я разрешения не давал, будет бой и не факт, что твой волк выиграет. Мне Уар нужен для другого. А за тобой он придёт. За Полиной не пошёл бы. Стал бы тебе врать, что ищут твою сестру, но не могут найти. Ради ребёнка стаей и женой не рискуют. А вот за любимой, он точно придёт.
— Тебе будет сложно с ним договориться, — предупредила я.
— Знаю, но мы попытаемся, — он коварно улыбался. — да, Ладуль, сладим с тобой?
Я взяла себя в руки, решила продышаться. Назрел конфликт между стаями. И я не знала, чем могу помочь. Если только узнать, что именно нужно Аглаю, и как только меня упустят, я что-то предприму. И хотя у меня серьёзный сдерживающий фактор, который в прихожей полез под комод на ножках, всё равно я могу многое.
— Тогда зачем? — ахнула я и распахнула невинно глазки.
Видала я себя в зеркало с таким взглядом, если честно, котята отдыхают.
Вот и Аглай хмыкнул, задумчиво рассматривая меня.
— Полина на тебя похожа будет, — размечтался улблюдок. — Хочешь узнать почему мне нужен Уар?
— Да, — кивнула.
— Кирилл! — крикнул через весь зал Листопляс.
Дверь в прихожую открылась, и напуганная Полина понесалась ко мне, чтобы спрятаться в руках.
Кирюха зашёл, потопал сапогами, снял их прилично в прихожей, куртку скинул.
— Что надо? — спросил он, забыв добавить «хозяин».
— Возьми девочку, покажи ей детскую комнату.
— Нет, — ослабленно выдохнула я.
— Не бойся, Ладушка, она поиграет, я тебе кое-что покажу, тем более обедать будем скоро. Ненадолго.
Прежде, чем отпустить Полину, я хорошенько подумала. Решила, что каким бы Аглай не был подонком, Полину он точно не обидит. А если бы хотел убить меня, сделал бы это ещё на квартире.
— Поля, иди посмотри детскую, потом мне всё расскажешь,— улыбнулась я сестрёнке, глядя в прелестное личико. Поцеловала в лоб.
Полечка кивнула и пошла на встречу Кирюхе, тот, как няня года, наклонился и улыбнулся ребёнку, протянул конфетку.
Девочка посмотрела на меня, я кивнула.
Получив разрешение, она с радостью взяла лакомство и Кирилла за руку. Они ушли в сторону красивой деревянной лестницы, что вела на второй этаж.
— Пошли.
Аглай поднялся, я следом.
****
Это был кабинет. У стен стояли шкафы со стеклянными дверцами, за ними книги. Стол большой с креслом. Диван имелся кожаный, тёмно-коричневый. На лакированном глянцевом полу лежал небольшой круглый ковёр, напоминающий летнюю лужайку с сочной травой и жёлтыми цветочками.
В этом месте было окно с жалюзи. Свет не просачивался. В полутьме Аглай включил люстру, видимо для меня. Я видела неплохо в темноте, но при свете лучше.
Он знал это.
Он хотел, чтобы я это видела.
И я лицезрела огромное чёрное полотно, что укрывало нечто в углу кабинета.
Первое, что я испытала – тревога. Нет, не страх, а мелкие мурашки, бегущие по телу, будоражащие и заставляющие напрячься.
Тревога сменилась ощущением горя. Но не моего.
Кто страдал?
Аглай? Или оно, спрятанное под полотном?
Скорее всего именно волк, потому что стоял рядом, и я кожей чувствовала его переживания. Он и в лице изменился. В этот момент в глазах его древность и неземная печаль. На лбу морщины, и казалось, на мгновение проявилась белоснежная седина в волосах.
— Насколько невинна твоя сестра? — хрипло спросил он у меня.
— Ты, что? Она дитя! — тихо ответила я. — Чиста, как белый лист.
— И моя сестра такая же. Поверь. Просто хрустальная, — вздохнул он и подошёл к чёрному покрывалу.
— Она там? — замерла я, и сердце стало биться сильнее.
— Айя так долго сопротивлялась этому проклятью, что подарила мне надежду. Мы должны были быть вместе. Вот, наступило время, когда наши жёны и сестры могут спокойно вздохнуть. Моя девочка не дотянула всего каплю.