Оттолкнув оруженосца, Вальтер не поскупился на пинок для Готфрида, так и не соизволившего убежать вместе с остальными пажами.
— Проваливай, Фалькенхорст! И забери с собой этого борова!..
Второй пинок предназначался Ито, но тот успел удивительно ловко увернуться, так что его задел лишь носок сапога Вальтера. Когда топот бегущих по переходу пажей стих, Конрадин осмелился пробормотать:
— Благодарю за помощь, герр фон Зильбер.
— Будет хуже, — предупредил Вальтер. — Сейчас им хватает ума только на то, чтобы избить вас, но с возрастом их развлечения станут изысканнее. А теперь оставь нас.
— Спасибо!.. — успел крикнуть Вольф, прежде чем Конрадин скрылся за углом. — Почему ты прогнал его?
— А почему ты не дал отпор этим мелким мерзавцам? — неожиданно зло спросил Вальтер. — Я уверен, что ты мог пустить кровь парочке из них.
— Потому что обещал королю вести себя подобающе, — признался Вольф.
— Ты понятия не имеешь, что значит «подобающе» для будущего рыцаря, верно? Пойдем. Давай, шевели ногами!
Держась за ноющий бок, Вольф шел за рыцарем и пыхтел. Один из ударов оруженосца пришелся прямо в место, пораженное искажением плоти, и он надеялся, что пятно хотя бы не расползется дальше.
— Водишь дружбу с тем тощим мальчишкой? — вдруг спросил Вальтер.
— С Конрадином? Не то чтобы…
— Он сын князя-избирателя.
— Это я уже понял.
— И он здесь не по своей воле.
— Что это значит? — не понял Вольф.
Вальтер заговорил, когда они покинули палас:
— Его отец владеет землями по обе стороны от реки Морны. Это очень важные земли, и, к сожалению, герр отец Конрадина знает об этом. Мальчишка — его наследник, и его милость Райнхольд велел доставить его в Грайхайм «для обучения под покровительством короля». Понимаешь, о чем я?
— Нет, — признался Вольф.
— Это называется «почетное заложничество». Отказать князь не мог — он бы нанес королю ужасное оскорбление. А согласившись, превратил наследника в живой щит. Теперь, стоит герру отцу выступить против рода Дитрихштейнов, Конрадин окажется в темнице или, что вероятнее, на плахе.
Вольф задохнулся от возмущения:
— Безумие!..
— Политика, — фыркнул Вальтер. — Эй, я могу пару раз избить моего пажа на твоей площадке?
Железный Эйрик, говоривший с оруженосцами, махнул рукой, не отвлекаясь от беседы. Кажется, его мало волновало, что именно собирается делать рыцарь.
— Захвати и для меня одно жалкое подобие меча. Я не стану использовать против тебя настоящее оружие, в конце концов, у меня есть честь. — Вальтер откинул волосы за спину и расправил плечи, красуясь перед проходившими мимо площадки служанками.
— Рыцари говорят, что свою честь вы проиграли в кости, — не удержался от колкости Вольф, выбирая из сваленных в кучу деревянных мечей те, которые меньше всего распухли от сырости.
— Лжецы и завистники. Они просто не понимают, как в таком прекрасном теле могло поместиться столько славных качеств, вот и болтают. К тому же, — Вальтер принял протянутый меч и хитро улыбнулся, — их жены говорят совсем другое, когда я…
Его выпад оказался ленивым, и Вольф легко увернулся.
— «Вести себя подобающе» для рыцаря — это не терпеть побои мелких мерзавцев, а отвечать на них, да так, чтобы в следующий раз, когда им придет в голову превратить тебя в добычу, их ребра откликнулись болью. — Во взгляде Вальтера сверкнула сталь, а голос стал низким и вкрадчивым. — Ты не добыча, Вольф. Ты — хищник. И если Железный Эйрик до сих пор не вбил это в твою голову, то вобью я.
Вальтер оказался неутомимым. Вольф потерял счет времени, пока валялся в грязи, уворачивался и получал новые и новые удары. Как бы он ни старался, его навык владения мечом оставлял желать лучшего — ему удалось задеть рыцаря всего один раз, и то лишь деревянной кромкой, скользнувшей по бедру противника.
— Не так плохо. Но этого недостаточно. — Вальтер легко толкнул его ногой, и Вольф завалился набок. — Вставай.
— Не могу.
— На поле боя нет слова «не могу», есть только жизнь и смерть, замершие в одном ударе сердца друг от друга. Вставай!
Кряхтя, Вольф кое-как поднялся и заметил Элизабет, стоявшую неподалеку. Ее нянька Грета что-то говорила одному из пажей, а девчонка не сводила глаз с площадки.
— О, у нас появились зрители. — Вальтер, проследив за его взглядом, развернулся и отвесил преувеличенно низкий поклон. — Отмеченная Светочью красавица, да? Отличный выбор, друг мой.