— Хорошая рабыня, — отметил я, провожая взглядом ее стройные босые ножки. — Зачем этот намордник?
— Так мне захотелось.
— Понятно, — кивнул я.
Он повернулся к двери.
— Друсус! — крикнула вдруг Арлин. — Ты должен нам помочь! — Очевидно, она вспомнила, что когда-то он ей подчинялся.
Он пристально на нее посмотрел, и Арлин в ужасе забилась в угол камеры.
— Вот еще одна хорошенькая рабыня, — произнес Друсус.
Арлин безуспешно пыталась натянуть на колени коротенькую прозрачную тунику.
— Между прочим, моя, — заметил я.
— Обязательно ее попробую, — сказал он.
— Вот как?
— Обязательно, — повторил он. — Ее привезли на Гор специально для меня. Я сам осматривал кандидатуры.
— Понятно, — произнес я.
— Думаю, тебе стоит перейти на нашу сторону, — сказал он. — Кюры подарят тебе любую женщину.
— Я — воин, — напомнил я. — Если женщина мне нравится, я завоевываю ее мечом.
— Ну-ну, — усмехнулся он, не сводя глаз с Арлин.
— Кроме того, — добавил я, — этим же мечом я защищаю свою собственность. Эта женщина, — я показал на Арлин, — принадлежит мне.
— Посмотрим, — произнес Друсус. — Переходи к нам.
— Нет.
— Между прочим, твой дружок Имнак уже с нами, — сказал он.
— Не верю.
Друсус пожал плечами.
— Кюры подарят тебе любую женщину, — повторил он, поворачиваясь к двери. — Золота они тоже не пожалеют.
— Я хочу видеть Зарендаргара, — сказал я. — Безухого.
— Никто не может его видеть, — изрек Друсус, и тяжелая дверь захлопнулась.
Я резко обернулся к девушкам.
— Ты посмела назвать свободного мужчину по имени! — обрушился я на Арлин. — Ты заговорила с посторонним, Не получив на то моего разрешения!
— Прости меня, господин! — упала на колени невольница.
Я дал ей пощечину, после чего она свалилась на стальной пол.
— Господин, — сказал Констанс. — Тебе принесли еду. Поешь.
Она поднесла мне поднос с жареным мясом боска, теплым свежим хлебом и ароматным вином.
Дождавшись, когда я закончу трапезу, Арлин подползла ко мне и прижалась щекой к моему колену.
— Ты меня ударил, — произнесла она. В глазах рабыни застыли слезы, из рассеченной губы сочилась кровь. — Прости, что я огорчила тебя, господин, — мягко сказала она и вытерла мне рот своими волосами. Губы ее оказались совсем рядом. Я прикоснулся к ним языком. Иногда попадается очень вкусная косметика.
— Господину понравилось? — спросила она. — Губная помада с привкусом.
— Я уже почувствовал. Напоминает вишни с Тироса.
— Попробуй еще, — попросила рабыня. — Съешь ее всю, возьми меня!
Я впился в ее губы, но в следующую минуту резко отстранил девушку.
— Господин?
— Я должен беречь силы, — сказал я. — Не мешай мне думать.
Девушка отползла в угол камеры. Я скрестил ноги и застыл в позе воина.
Глава 29. ТЕЛЕЖКА-КЛЕТКА
По обеим сторонам зарешеченной тележки шагали солдаты с оружием. Насколько я мог понять, стреляло оно длинными, конусообразными снарядами. По принципу действия эти штуки мало чем отличались от обычных ружей, даже приклады были украшены изящной гравировкой — ни дать ни взять старинные пищали. Выстрел производился нажатием на кнопку, расположенную в передней части приклада. Как и при стрельбе из ружей, нажимать ее надо было плавно и без рывка. На поясе у солдат были закреплены колчаны с короткими стрелами.
Я стоял, вцепившись в прутья. Тележку везли двое служивых. Сзади шел Друсус, также вооруженный странного вида арбалетом.
В одном из коридоров нам попалась стройная обнаженная рабыня. Увидев тележку, девушка присела. От ошейника к протянутым под потолком рельсам тянулась стальная цепочка. Один из стражников приподнял цепочку, и тележка проехала мимо невольницы. Она побежала дальше, ни разу не оглянувшись. Так и следует себя вести в доме хозяина. Между тем рельсовая система меня удивила. Помоему, они явно перегнули с безопасностью. Трудно представить, какой вред могла бы причинить эта девушка, случись ей свернуть в другой коридор.
— Стоять! — скомандовал Карджук.
Тележка застыла на месте.
Карджук появился откуда-то сбоку. Одежда состояла из меховых штанов, сапог и нескольких ожерелий. Голову Карджука украшала повязка.