Мистер Нильсон развернулся и зашагал прочь, а я взглянула на свою грудь, где висел Талисман. Надо же! Я совсем забыла о нем, но во время боя он выскользнул из-под майки, и теперь был заметен. Я постаралась как можно скорее спрятать его назад. Он так тяжело мне достался, что было просто страшно хоть на минуту оставить его.
- Что же мне с ним делать? - Отчаяние сквозило в голосе, и Джек постарался меня приободрить.
- Пока ты на тренировках, - ответил он, - пусть Талисман побудет у Кевина, а затем снова носи его сама.
Я согласилась с ним, ведь это был действительно единственный допустимый вариант. И хоть за последние дни я ни на дюйм не продвинулась в искусстве работы с этим магическим камнем, надежда все еще не покидала меня. Если мои родные могли, то смогу и я. Ведь в нас течет одна и та же кровь.
Мы помогли Кевину подняться, и пошли в дом. Было еще немного времени перед обедом, так что у нас выдалась возможность отдохнуть.
- По-моему, - сказал брат, - этот старик - просто маньяк. Мне страшно за то, как вы с ним будете тренироваться, Летиция. И я говорю это абсолютно серьезно. Никогда не думал, что еще где-то сохранились такие варварские методы обучения. Ведь ты же девушка. Даже мне страшно смотреть на твое тело, сплошь усеянное огромными кровоподтеками, а как же тем, кто тебя не знает? Хорошо еще, что здесь не так уж и мало таких. Окажись мы сейчас в человеческом мире, тебе уже оказывали бы помощь в больнице, а его судили бы за избиения.
- Нет, Кевин, - воспротивилась я, - наставник, конечно, перегибает палку, но в одном он прав. Здесь я не как девушка, а как будущая правительница нуаров. И если я не стану примером своему народу, тогда все это будет бессмысленным. Хотя, честно говоря, мне кажется, что старик меня почему-то недолюбливает. Ведь его манера обучать меня такая странная...
- Не знаю, - ответил мне брат, - я не хочу повторяться, но мне все равно кажется, что этот нуар - маньяк. Среди нас ведь тоже есть всякие!
Мы дошли до дома, и я попросила немного побыть одной. Зайдя в свою комнату, я осторожно легла на кровать, чтобы лишний раз не дотрагиваться до ушибленных мест. Все тело было словно в огне. Не думаю, что кому-то когда-нибудь было больнее, чем мне сейчас. Раньше мне казалось, что, перейдя определенный рубеж, боли уже не чувствуешь. Но сегодня стало ясно: такой черты не существует.
Я не хотела показывать мальчикам, как тяжело мне приходилось. Конечно, мы дружили, но это, кроме лишней жалости, ничего бы мне не принесло. А мне не нужна была жалость. От кого бы она не исходила.
Мне хотелось, чтобы мною гордились, чего бы это не стоило.
Я взглянула на часы, и с сожалением отметила, что уже пора идти на обед. С ужасом осознав, что подняться с кровати стоит мне последних сил, я кое-как вышла на коридор, предварительно натянув на себя легкие летние штаны и кофту. В конце концов, мне не хотелось никого смущать своими синяками, появившимися уже на второй день тренировки.
- Выглядишь паршиво, - сказал Кевин.
Я даже не стала спорить. Думаю, что этим он не сказал и половины того, что было на самом деле.
Мы пришли в столовую, и сели за свой столик.
- Летиция, - взволнованно сказала Джинна, - что случилось?
- Ничего, - попыталась заверить ее я, - это просто тренировки.
- Тренировки? Но я же так не выгляжу! - Пыталась запротестовать подруга.
- Это потому что тебя не швыряли в сторону, как во время стихийного бедствия, - ответил ей Кевин.
- Что? - Удивилась Джинна. - Нельзя этого допускать! Такие методы запрещены, ты не должна позволять ему...
- Послушайте, - обратилась я к друзьям, - всем, по-моему, понятно, как сильно я отстаю от других новичков. Другого пути нет, и не будет. Я сама его выбрала. Не беспокойтесь за меня, я ведь сильная. Неужели те испытания, через которые мне пришлось пройти, не убедили вас в этом?
Высказавшись, я уткнулась в свою тарелку, давая друзьям понять, что разговор окончен. Они взволнованно переглянулись, но больше не стали ничего говорить. Крайне спешно закончив свой обед, я обратилась к Джинне:
- Сегодня, как договаривались. Верно?
- Да, конечно, если ты не устала.
- Со мной все в порядке, - заверила ее я.
- Куда же ты сейчас? - Спросил Джек.