- Самое главное - пробраться в Замок, - крикнул Глава Клана, - там нам помогут укрыться.
- Но Замок для нас - это ловушка. - Мои возражения летели ему в спину. - Рано или поздно мятежники найдут нас и там, и тогда мы пропали! Из него не выбраться, и если перевес сил окажется на их стороне... Мы сами роем себе яму.
- Нет, - многозначительно сказал он, - я знаю, как нам укрыться. - И снова повторил: - Нужно лишь пробраться внутрь. Обитель Зверей спасет нас. Как спасала всегда.
По мере того, как мы уходили с арены и пробирались к дверям Замка, на нашем пути встречались нуары, вооруженные мечами. Нам с Дэнни приходилось теперь сражаться по одну сторону баррикад и, признаться, это было гораздо приятнее, чем быть противниками. Мы работали слаженно, и врагов становилось все меньше на нашем пути. Первая отнятая жизнь заставила меня почти впасть в транс. Ведь с самого начала я хотела принести своему народу процветание, но необходимость выбора между своей жизнью и жизнью мятежников расставила все по местам. Дэнни крепко сжал мою ладонь, и прокричал, чтобы слова долетели через ужасный шум:
- Ты правильно поступила. Они бы не задумывались, если бы выбор стоял перед ними. Забрав одну жизнь, ты спасла многие другие. Тех, кто верит в твое правление и в единение народа нуаров.
И больше я не мешкала. С каждым ударом передо мной все четче становились лица Кевина и Джека, до которых нам нужно было дойти. Я видела глаза подруги перед собой и думала, что с каждым поражением, которое я нанесу врагу, у нее останется больше шансов выжить.
- Мы должны остаться и принять бой! - Во мне было твердое намерение осуществить задуманное, но мистер Густовсон не дал мне даже договорить.
- Твоей храбрости можно позавидовать, но мы не можем так рисковать. Ты еще не прошла все Инициации, так что мой долг - доставить тебя в следующий Клан.
- Но...
- Не спорь с ним! - Голос мистера Нильсона был слабым, но даже теперь я не могла ему перечить. Слишком много значили для меня его слова. Авторитет наставника в этом Клане был незыблемым.
- Большинство новичков уже прошли Инициацию, да и стражников у нас хватает. Мы выстоим. С потерями, но выстоим. Мои нуары могут дать отпор, я в этом уверен.
С этими словами мы, наконец, пробрались к высоким дверям, которые, словно по мановению волшебной палочки, тут же отперлись перед нами, и так же быстро захлопнулись сразу после того, как мы вошли внутрь.
Как только наши ноги переступили спасительный порог здания, Дэнни бросился к отцу, чтобы помочь ему с его ношей.
Я заметила шорох, и обернулась в ту сторону. Из темноты появлялись один за другим Кевин, Джек и ...
Не может быть! Я не верила своим глазам, но они не могли меня так долго обманывать.
Передо мной стоял Николас. Он ничуть не изменился с нашей последней встречи, разве что стал еще красивее. Я бросилась в его объятия, и только сейчас поняла, как устала из-за последних испытаний, выпавших на мою долю. Сила его рук, в которых я оказалась, говорила, что теперь все будет по-другому. Ведь он здесь, рядом со мной.
- Нет времени, - поторопил нас мистер Густовсон, - нам нужно спешить.
Ник крепко взял меня за руку, и тихонько прошептал:
- Я рад, что приехал сюда именно сегодня. Не знаю, что со мной было бы, если бы весть о нападении на Клан застала меня дома.
- Ты не должен сейчас об этом думать.
- Нет, должен! В который раз судьба показывает мне, как нужно доверять своей интуиции, и я рад, что вновь не отрекся от нее.
- О чем ты?
- Тогда, в своем письме, я упоминал про Храм Аллозаны, в котором чудное растение, оплетя статую Зверей Крови, стало пускать свой сок.
- Я помню, но не думаешь же ты...
- Думаю, и именно благодаря этому знамению я оказался здесь сегодня. Все последнее время это явление не давало мне покоя, а поскольку сегодня должна была состояться твоя Инициация... В общем, я не мог оставить тебя одну. Понимаешь? Событие такой важности наверняка привлекло бы много народа, и среди них пройти мятежникам не составило огромного труда. А поскольку все с увлечением наблюдали за боем, стрелу выпустили в тебя безо всяких помех.
Я понимала, что каждое слово, произнесенное Ником, было основано на правде. Теперь только я вспомнила и о Храме, и о сне, в котором родители предупредили меня об опасности.