У окна стоял большой письменный стол, а рядом с ним на стене висела большая книжная полка. Мысленно я уже представила, как в свободное от занятий время расположусь здесь с новой рукописью, буду работать, попивая ароматный свежесваренный кофе, и любоваться видом на лес. На полу расположился пушистый ковёр, по которому мне так и хотелось пройтись босиком, чтобы ощутить его приятное тепло. Вся моя комната была наполнена атмосферой уюта и гостеприимства, смешавшейся с нотками истории и элегантности. Даже родная спальня в родительском доме не казалась мне такой привлекательной и манящей.
Пальцами я нащупала на стене кнопку выключателя, и помещение мгновенно озарилось ярким светом. На стенах оказались обои с цветочным узором, характерным для старых деревенских домов. Лампа на потолке была в красивом тканевом абажуре. Мне тут же припомнился подобный на даче, оставшейся от папиной тётки. Даже напротив кровати висел ровно такой же осенний пейзаж с черногривым конём в тяжёлой позолоченной раме, какой был и у неё. Видимо, раньше такие произведения искусства были в моде.
Я оставила свой чемодан за дверью около огромного советского вида шифоньера, подошла к кровати и рухнула на неё, даже не подумав о том, чтобы раздеться или разобрать свои вещи. Сил у меня ни на что не было, а ложе оказалось достаточно большим и удобным. Рядом стояла прикроватная тумбочка с коваными элементами, на которую я положила свой разрядившийся телефон.
Глаза уже сами собой в ту же минуту закрылись, позволяя мне забыться глубоким сном. Прошедший день оказался таким утомительным путешествием, и моему телу просто был необходим полноценный и здоровый отдых после долгой изнуряющей дороги. Вскоре моё дыхание стало ровным, а мышцы начали постепенно расслабляться. Напряжение покидало тело, уступая место долгожданному спокойствию.
Глава 2. «Заклятые враги».
«…Сама на ощупь угадай:
Кому ты друг, кому ты враг;
И где тут ад и где тут рай!..»
Трек: Агата Кристи – Где-то между
Шторы в комнате не были задёрнуты и солнечные лучи проскальзывали внутрь, заставляя меня жмуриться и отворачиваться от них. Было уже утро, но я проспала ровным счетом ничего, то есть пару часов, и вставать мне ещё не хотелось.
Тук. Тук. Тук-тук. Кто-то постучал в дверь, и это заставило меня приоткрыть глаза. Сначала я подумала, что это сон, но стук повторился. Кто бы ни пришел, он точно очень сильно хотел со мной пообщаться.
«Хм... Может это Алекс пришел извиниться за свое ночное поведение?» – наивно подумала я, поднимаясь с кровати.
И каково же было моё удивление, когда, открыв дверь, передо мной предстал не высокий молодой человек, а молодая особа, даже чуть ниже меня. У девушки были невероятной длины белоснежные волосы, заплетенные в косу и украшенные светло-розовой лентой. Цвет был настолько необычен, что поначалу я решила, что она альбинос, но нет. У неё были самые обыкновенные карие глаза. Ну, конечно, не совсем прямо обычные. Они были очень большие и красивые. Одета девушка была в светло-розовый клетчатый сарафан, из-под которого виднелись рукава белой футболки, а на ногах были надеты белые гольфы в крупную малиновую полоску.
– О, боже! – воскликнула незнакомка, у неё был высокий и несколько писклявый голос. – Твоя нога! Какой ужас.
В следующую секунду девушка схватила меня за руку и потянула прочь из комнаты. Не успела я опомниться, как оказалась на первом этаже в помещении похожем на кухню. Хотя, кажется, это она и есть. Здесь было тоже вполне уютно, если бы не ядовитый зелёный цвет, в который были выкрашены стены.
– Есь, что случилось? – произнес тягучий, как мёд, низкий голос.
Тут я обратила внимание на сидящего за столом парня. У него были чёрные, торчащие во все стороны волосы и серые узкие глаза, будто он постоянно прищуривался, потому что плохо видел и пытался рассмотреть, хоть что-нибудь. Судя по огромным синякам, предающим ему схожесть с пандой, он не спал никогда, да и в целом юноша выглядел достаточно болезненно: бледная кожа, худощавое телосложение, выделяющиеся скулы. Также у него имелась ямочка на подбородке. Одет парень был в чёрную майку и серые брюки, в которые, казалось, смогут влезть ещё двое таких, как он.