– Времени на что? – не унималась девушка.
– Тебе необходимо принять себя, Селина! – уговаривала ее собеседница.
– Что вы имеете в виду?
В тот момент, когда волчица уже готова была дать девушке объяснение, появился ненавистный Селине черный волк. Времени на раздумья у нее не оставалось, а волчица лишь вторила о том, что ей необходимо принять себя. Недолго думая, Селина коснулась загривка волчицы, и та тут же исчезла. Взглянув на себя через прозрачную водную гладь, девушка уже без удивления обнаружила, что в отражении на неё смотрела серая волчица .
Успев обернуться, девушка спасла себя от укуса острых зубов, готовых вонзиться в ее шею и перекусить ее в считанные секунды. Она быстро отпрыгнула, готовясь контратаковать, но враг был быстрее, и, будто бы предугадав ее следующий шаг, он набросился на нее, задевая за переднюю лапу. И так атака за атакой: Селина пыталась атаковать врага в ответ, а он будто бы знал, что она попытается сделать в следующий момент и тут же успешно атаковал ее. Силы девушки уже были на исходе, но ее враг был в полной готовности совершить очередную атаку. Секунда, выловленная в тот момент, когда Селина замешкалась, и зубы противника оказались на шее прекрасной серебристой волчицы, с необычайной легкостью перекусив ее.
Смыкая веки, Селина в очередной раз увидела два красных глаза, показавшихся ей слишком большими.
Она уже давно перестала резко просыпаться от настигающих ее кошмаров. С каждым разом она все дольше находилась в этом странном мире между сном и реальным миром, в который попадала после того, как ее убивал зверь. Вот и сейчас Селина надолго задержалась в кромешной тьме, будто пытавшейся на этот раз затянуть ее с собой. Но девушка не сдавалась и старалась сопротивляться изо всех сил, которые только остались у нее после очередной проигрышной схватки со зверем.
Пока Селина сопротивлялась тьме, свет озарил первый этаж дома, оказавшегося для нее пристанищем. Несколько мгновений спустя входная дверь дома открылась, и в него, осторожно ступая, зашел его владелец.
С первых шагов Коннор почувствовал, что в доме творится что-то неладное. Он был будто насквозь пронизан привлекательным ароматом тмина и мяты. Но насколько этот аромат мог казаться привлекательным для любого другого учуявшего его волка, настолько же подозрительным он был для Рида. Несмотря на очевидную притягательность запаха Коннор тут же напрягся, тут же пустившись на поиски его источника. Каково же было его удивление, когда он обнаружил на втором этаже в родительской спальне незнакомку. На несколько мгновений Коннора будто что-то пригвоздило к полу, и он внимательно с неподдельным интересом наблюдал за спящей девушкой.
Этот маленький чужак, потревоживший его бдительность беспокойно ворочался во сне. Он тут же напрягся, осознавая, что незнакомая девушка незаконно, как он думал, пробралась в его дом. Да что там в его дом?! В святая святых этого дома – спальню его покойных родителей!
Сказать, что парень был рассержен, ни сказать ничего. После гибели его родителей эта комната была единственным местом, напоминавшим ему о том, как было хорошо, когда они были живы. Она единственная сохранила прелестный аромат матери и мужественный отца. Это было его единственное убежище в те моменты, когда память возвращала его в день гибели родителей. А тут эта странная особа, непонятно, откуда взявшаяся, ворвалась в сакральное место, находящееся в самых глубоких уголках его души.
Коннор был зол и уже сдерживал своего внутреннего волка, в любую секунду готовившегося вырваться наружу и разорвать эту маленькую нахальную девчонку.
В тот самый момент, когда парень думал, что лучше: перекусить ей шею, или сломать позвоночник; девушка неожиданно открыла испуганные глаза и резко поднялась к кровати. Коннор, собрав последнее самообладание, ютившееся в глубине души и не дающее волку вырваться наружу и решить все наиболее мирным путем, резко произнес, ошарашив девушку:
– Ну и как спалось на чужой постели?
Селина испуганно повернулась на источник раздающегося слишком громко и требовательно звука, и завидев незнакомого ей человека, широко раскрыла глаза от удивления и машинально натянула как можно выше одеяло.