– Думаю, она борется, – заключила Жаклин.
– Борется с чем, Жаклин? – непонимающе спросил Ллойд.
– Я слишком долго сдерживала ее, – начала женщина, но тут же прервалась на некоторое время, схватившись за сердце.
К ней тут же подбежал испуганный Ллойд, предложив свою помощь, но та отказалась, сказав, что быстро придет в норму. Несколько мгновений спустя она продолжила:
– Двенадцать лет, Ллойд! Я удивлена, как она вообще вытерпела это. Она все эти годы боролась сама с собой, а теперь ее сознание наказывает ее за это! – испуганно произнесла Жаклин.
Кроме Ллойда и Жаклин никто в комнате не мог понять, о чем идет речь. Но вмешиваться в дела Ллойда в такое время было бы неразумно. Даже сам вожак не до конца понимал туманные формулировки старой подруги.
В тот момент Адам не на шутку разозлился, забыв про всех и подскочив к Барту, неожиданно взял мальчика за ворот рубашки, и прервал говорившую женщину. Ему было обидно за то, что его сестра решила доверить это не ему, а совершенно незнакомому мальчишке. И сорваться он решил именно на нем.
– Почему ты? Какого хрена она ничего мне не сказала? – закричал он на парня.
Барт испуганно взглянул на парня, когда его глаза неожиданно засветились. Коннор, быстро среагировав, подошел к другу, чтобы помочь испугавшемуся мальчишке.
– Не стоит винить бедного мальчика, Адам! – вмешалась Жаклин.
– Не вмешивайтесь! – резко обернулся в ее сторону Адам, полурыча, – Кто вы вообще такая, чтобы лезть в дела нашей семьи?
– Адам! – попытался пресечь его Ллойд.
Женщина тяжело вздохнула а затем как-то по-доброму и в то же время с печалью в глазах улыбнулась парню. Она много значила для этой семьи, ведь столько лет помогала Ребекке скрывать от охотников истинную сущность ее дочери. Печальные новости дошли до нее слишком поздно, но едва она услышала, что Ребекка погибла, а юную Селину, похоже, настигла беда, она тут же бросилась на помощь к этой семье, как делала это много раз до этого. Раньше ей удавалось сдерживать девушку, находясь на большом расстоянии от нее, но теперь, когда волчья сущность Селины окончательно одержала над девушкой верх, она не могла оставаться в стороне.
– Ты прав, для тебя я – никто! – начала женщина, – Но это не значит, что для твоего отца и других твоих родных я не имею значения, мальчик мой.
Адама только сильнее разозлило то, что, несмотря на все его негодование по поводу присутствия этой женщины здесь, она все равно остается спокойна и стойко принимает выпады парня в ее сторону.
– Джеки, ты не обязана оправдываться перед взбалмошным мальчишкой! – остановил женщину Ллойд, – Адам, оставь попытки ее задеть. Жаклин – давняя подруга нашей семьи.
Голова Коннора готова была взорваться от такого количества новой информации. Местами он даже чувствовал себя неловко, будто он намеренно лезет в жизнь семьи Блэк. Несмотря на то, что парень долгое время воспитывался в этой семье, он все равно не позволял себе знать больше, чем ему было положено. Попытки переварить весь поток информации и вспомнить, наконец, где он мог слышать имя женщины, в очередной раз прервал голос Ллойда.
– Что нам делать, Джеки? – по-дружески расположив свою руку на плече женщины, спросил Ллойд.
– Конечно вытащить оттуда, вот только: «Как?» – я пока не могу сказать, – опустила голову женщина.
Мужчина нахмурился, Адам наконец-то отпустил Барта, а Коннор отошел к окну, нервно теребя ворот футболки. Парень тоже переживал. Не так, как другие, но все же переживал. Он хоть и не знал эту девчонку, появившуюся из ниоткуда, но она была дорога Адаму и Ллойду – одним из немногих близких людей, оставшихся в жизни Коннора.
Когда погибли его родители, Ллойд дал обещание, что позаботится о мальчике. Он воспитывал и растил его, как собственного сына. Никто другой, конечно, не мог заменить мальчику родителей, но семья Блэк стала по-настоящему близка ему. Ллойд был для него добрым дядей, который многому его научил, в том числе и справляться со своими эмоциями и вовремя уметь контролировать себя.
Адам стал парню сродни брату. Будучи детьми, когда родители Коннора были еще живы, они много баловались и придумывали забавные игры, за разрушительные последствия которых часто получали от своих матерей. Шли годы, а подросшие мальчишки все так же баловались, то и дело доставляя родителям неприятности. Подростками они часто попадали в переделки, из которых с трудом выбирались, каждый раз приходя домой с подбитыми глазами или в разорванной одежде.