– Есть еще что-то… – мальчик, поверив наконец в свои способности, прислушался к совету Жаклин и перевел взгляд в сторону Коннора, – ты, кажется, тоже переживаешь…
Парень на секунду опешил, ведь был твердо уверен в том, что никому не следует знать о его заинтересованности девушкой. Он тут же взял себя в руки, уверенно посмотрев на мальчика, произнес:
– Да, за своего лучшего друга и его отца! Почему тебя это удивляет?
«Нет, здесь явно что-то другое» – подумал про себя Барт, но не стал озвучивать.
– Ты даже способнее, чем я могла предполагать. Ллойд, как ты мог проворонить такого парнишку? – укоризненно просмотрела на альфу Жаклин, но тот ничего не сказал в ответ, – Теперь попытайся сосредоточиться на том, что чувствует Селина.
Мальчик утвердительно кивнул и снова закрыл глаза, подумав о новоиспеченной подруге. Он долго не мог понять, что же мешает ей очнуться. Пытался сконцентрироваться на одном чувстве, но ее аура будто нарочно источала целую палитру эмоций.
– Тревога, злость, страх, боль… – начал перечислять он, – не могу понять, их слишком много! Разве такое возможно?!
Он виновато взглянул на ведьму, расстроившись, что не смог помочь Селине.
– Все возможно, ведь когда ты во сне, ты не контролируешь свои эмоции, – поспешила успокоить его женщина.
Мальчик открыл глаза, когда ведьма осторожно коснулась его плеча, как бы успокаивая, и взглянул на недвижимо лежащую подругу. Он ужаснулся, едва посмотрев на нее: увидел, как, будто в ритуальном танце, мечутся ее эмоции, наводя необъяснимое ощущение страха и на него самого. По коже его медленно побежали мурашки, а черная субстанция, очерчивающая контуром эмоциональную ауру девушки, понемногу увеличивалась. Нечто парализовало мальчика, медленно нагоняя на него ужас, призывая присоединиться.
– К…как я могу ей помочь? – еле слышно произнес он.
– Судя по тому, что ты описал до этого, боюсь, тебе будет больно, – виновато опустив в пол глаза, произнесла ведьма.
– В каком смысле? – он испуганно посмотрел на женщину.
– То, что ты почувствовал – это те эмоции, которые сжигают нас изнутри, разрывают душу на частицы и оставляют после себя лишь горы пепла… – начала загадочно объяснять она, – Если ты решишься помочь ей избавиться от них, для тебя последствия могут быть самыми неожиданными и плачевными.
– Говорите прямо! – не выдержал мальчик.
– Ты должен согласиться на это осознанно, ведь в конечном итоге то, что сейчас испытывает эта бедная девочка может, как минимум, навсегда изменить того мальчика, который сейчас стоит перед нами.
Женщина замолчала, борясь с обязанностью оповестить Барта о худшем варианте. Он, до этого внимательно слушавший Жаклин, ожидал, что она продолжит рассказ, хотя и не сомневался, что в любом случае обязан помочь подруге выбраться из той передряги, в которую она попала не по своей воле.
– Что ты подразумеваешь под «максимумом», Джеки? – вмешался в разговор вожак стаи.
Ведьма беспокойно посмотрела на Ллойда и покачала головой, давая понять, что не хотела бы говорить об этом. Барт, увидев такую реакцию женщины, тут же поддержал своего альфу и попросил женщину рассказать о худшем варианте того, что может с ним случиться после того, как он поможет Лине. Жаклин не выдержала под их напором, и глубоко вдохнула перед тем, как рассказать правду.
– Человек, который попытается поглотить эмоции, подобные тем, которые сейчас переживает Лина, должен быть очень силен внутри.
Попыталась начать издалека она, но тут же поняла, что тянуть с объяснениями не имеет ни смысла, ни времени, и резко выпалила:
– Ты можешь не пережить этого!
– Я готов, – не раздумывая выпалил Барт, нисколько не жалея о поспешно сделанном решении.
– Нет! – грозно выпалил Ллойд в ответ на согласие мальчика.
Каждый в комнате шокировано посмотрел на него. Ведь вот оно – решение их проблемы – само пришло к ним, а альфа неожиданно для всех решает упустить этот шанс. Первым действия отца смог понять Адам, ведь его с детства готовили стать следующим вожаком.
Обязанность альфы – забота о стае. И когда в твоей стае встает вопрос о безопасности или сохранности жизни одного из ее членов, альфа не может стоять в стороне. Он должен ставить стаю превыше всего, даже если на кону член его семьи. И хотя Ллойд, как альфа этой стаи периодически нарушал порядок, заложенный среди оборотней веками, в этом конкретном случае он не мог выбрать сторону своей семьи и позволить юному, еще не окрепшему волку пойти на такой рискованный шаг.