Кормится лось в летнее время в сумерках и ночью. Там, где его не беспокоят, он ведет себя шумно, плавает, булькает, чихает, отфыркивается. Нередко целиком погружает голову в воду, добывая пучки водной растительности и опять-таки шумно, с аппетитом, отправляет их в свой мудро устроенный четырехкамерный желудок со сложнейшими механизмами переваривания пищи.
Весною и летом лоси собираются вокруг мощных природных солонцов. Особенно любят они солонцы, расположенные вблизи водоемов или на марях. Ходят сюда иногда за 20–30 километров, но обычно стараются держаться в радиусе не более 5–10 километров.
Обычно солонцы представляют собою сильно минерализованные ключи или обнажения глин. Во многих солонцовых ключах вода по вкусу напоминает лечебные минеральные воды. Но вот глина «сухих» солонцов далеко не всегда содержит в себе минеральные вещества, и нам пока неясно, что побуждает лося и других животных есть эту глину.
Местность вокруг солонцов всегда вытоптана животными, глина нередко выедена на площади до гектара и до полутора метров в глубину. Глубоко выбитые в земле звериные тропы лучеобразно подходят к солонцу со всех сторон. Звери их топчут столетиями.
Природные солонцы в лесу — средоточие жизни, потому что растительность Приморья и Приамурья бедна минеральными солями, необходимыми всем животным. Наиболее частые посетители солонцов — лось, изюбр и косуля. Изюбр — зверь очень чуткий, у солонца он осторожен вдвойне. Часами неподвижно стоит изюбр в 100–150 метрах от солонца, прислушиваясь к тихим шорохам и улавливая только ему доступные запахи. Малейшее подозрение — и изюбр уходит прочь. Лось ведет себя более бесцеремонно. Постояв всего несколько минут на подходе, он тут же шумно идет к солонцу и начинает еще более шумно «солонцевать». Осторожные изюбры солонец в это время покидают, а вновь пришедшие терпеливо ждут, пока уйдет лось: столь шумное соседство кажется им опасным. И не зря: солонцы хорошо знают и крупные хищники; возле них обычны следы бурого медведя, тигра, волка.
Севернее устья Самарги многие лоси весну и лето проводят на морском побережье, где прохладно, сыро и сравнительно мало гнуса. Здесь они кормятся на приморских моховищах, старых гарях, лиственничниках, едят морские водоросли, лижут с камней соль. Но и здесь лосей больше близ устьев рек с переувлажненной поймой.
Летние и зимние места обитания уссурийского лося обычно отстоят друг от друга на 20–100 километров. Есть и группировки оседлых лосей, которые не совершают сезонных кочевок, а переходят из одних стаций в другие в пределах небольшого района.
Весной лоси начинают двигаться к местам «летовок» иногда уже в марте, а изредка и в феврале. Если они приходят на летние пастбища еще в период снеготаяния, то держатся на возвышенных местах, спасая свои ноги от наста и тонкого льда.
Численность лосей в различных угодьях и в разное время года непостоянна. Летом вблизи крупных природных солонцов, в поймах рек, на низменных участках морского побережья и вокруг больших озер их количество достигает 15–20 голов на 10 квадратных километров. Такие же и даже большие плотности наблюдаются на зимних стойбищах.
Средний показатель плотности, как правило, меньше единицы на 10 квадратных километров. Так, в бассейне Большой Уссурки на площади 4300 квадратных километров зимою 1968/69 года было учтено 300–350 лосей. Двумя годами раньше по реке Бикину насчитали 400–600 лосей, а по рекам Самарге и Единке — 700–850. Всего в Приморском крае обитает около 1400–1800 лосей. Близки к этим и показатели плотностей для Хабаровского края. Общая численность лося в Приморье и Приамурье в 1970 году достигала 20–21 тысяч голов.
Наиболее «лосиными» местами считаются верховья Пещерной, Арму, Бикина, Сукпая, Коппи, Анюя, Гура, Тумнина. Особенно много их на Нижне-Амурской и Эворон-Чукчагирской низменностях с прилегающими сопками. Обычен этот зверь в бассейнах Симми, Харпи, Кура, Урми, Бурей, Амгуни, Горина, Бичи.
Численность уссурийского лося на протяжении последних 50 лет непрерывно изменяется. В 20-х и начале 30-х годов поголовье его было сильно сокращено бесконтрольной охотой. С середины 30-х годов, когда Советское правительство приняло ряд необходимых мер, численность лося начала восстанавливаться. Больше всего их было в конце 40-х годов.
В годы войны лосей отстреливали баз ограничений. В верховьях Бикина, вокруг села Охотничий убивали за сезон по 300–350 лосей. По реке Горину было отстреляно около 700 лосей за сезон.