Агний нахмурил брови, прикусив губу от осознания чего-то.
— Я это предполагал… Значит, он подкинул ее к нашему порогу, — пробормотал он, погрузившись в раздумья.
— А не значит ли это, что если кто-то поднимет на нее лапу, то Моран будет иметь полное право свернуть ему шею, когда вернется? — прошипел Казимир, оскалившись. — Я был в шаге от этого! Меня никто не предупредил!
Кирилл тяжело выдохнул и с шумом привалился к стене, словно сил всех лишившись.
— Когда он вернется, мы сможем попросить его снять метку, да? Будет справедливо, если он поделится с нами своей милой госпожой… — добавил он с задумчивым видом. — Мы же ведь братья…
Когда напряжение стало густым и удушающим, я бесшумно отступила в тень, чтобы ускользнуть незамеченной, ибо всё, что было ими здесь сказано, не сулило мне ничего благостного.
Спотыкаясь в темных коридорах поместья — моя раненая нога протестовала при каждом шаге, я отчаянно искала выход. Боль стала далеким спутником, отступив на второй план перед необходимостью бежать из этого проклятого дома.
Наконец я выбралась на улицу и уже добралась до величественных садов особняка, где впереди простирался нетронутый снежный пейзаж, ведущий к массивным чугунным воротам и лесному простору, обещавшему свободу.
Но едва я протянула руку, чтобы схватиться за ворота и обрести спасение, как внезапный удар обрушился на меня сбоку, отправив в холодные объятия ближайшего сугроба.
Холодный ветер завывал в густом лесу, а я лежала на промерзлой земле, придавленная огромным весом бурого волка. Его серо-голубые глаза впились в меня, а горячее дыхание задержалось на моих губах, как вчера со мной сделал…
— ……Ратиша?
Страх запульсировал в жилах, когда я прошептала имя, неожиданно пришедшее мне в голову.
К моему удивлению, хмурое выражение морды волка превратилось в то, что можно было назвать лишь ухмылкой.
На моих глазах существо растаяло, превратившись в хрупкого обнаженного парня, развалившегося на мне.
— Ну, Шу-ра! Я же сказал тебе называть меня Ра-ти!.. — хмыкнул он, уткнувшись холодным носом в мою шею, жадно вдыхая воздух.
От потрясения, вызванного внезапной переменой в его обличье, мои щеки запылали, а тело затекло под тяжестью его веса.
Послышались чьи-то голоса и быстрые шаги неподалёку.
Рати вздрогнул, когда Кирилл с силой оттащил его от меня за ногу. Тут же швырнув в него пледом, чтобы тот прикрыл наготу.
Мои глаза старались не замечать этого. Я чувствовала, как залилась краской, ибо прежде никогда не видела оголенного тела мужского, а Рати, к тому же, был совсем ещё юн! Боже… во что я ввязалась?!
— Я поймал ее как раз вовремя! И вот как ты меня благодаришь за это?! — завопил Рати, огрызнувшись на Кирилла. — Она могла сбежать с территории, и все твари в округе тут же бы учуяли на ней метку! Отпусти мою ногу сейчас же, брат мой недалёкий!!
Подоспевший Агний, заслышав их разговор, вмешался в потасовку.
— Так ты знал о метки все это время, Ратиша?
Мальчик фыркнул, бурно раздражаясь.
— Естественно! У меня все еще как бы есть нюх! А вот брат мой, похоже, его вконец потерял!! — шикнул он, кидая ещё один презрительный взгляд в Кирилла.
Я больше не могла вынести молчания и потребовала объяснений.
— Что, черт возьми, здесь происходит?! Кто-нибудь может мне объяснить??
Агний приблизился ко мне с извиняющимся выражением лица.
— Я глубоко и искренне прошу прощения за все это, дорогая Шура. Никоем образом мы не хотели напугать тебя. Никто из нас не желал, чтобы ты узнала наши истинные личности. Мы лишь хотели, чтобы ты поправилась и благополучно вернулась домой. Но теперь…
Холод пробрался в мои кости, заставив затаить дыхание.
Я прервала его дрожащим голосом: — …Теперь вы убьете меня, да?
Агний оторопело моргнул, а затем бросил беглый взгляд на братьев в стороне, прочистив горло.
— Нет, конечно же, нет… Почему ты так решила?
Горечь зародилась на языке, когда я взглянула на троих парней передо мной.
— Теперь я знаю ваш секрет. Все вы… волколаки. Да?
Ратиша неожиданно разразился хихиканьем, за что получил смачный подзатыльник от Кирилла, чье лицо оставалось лишенным всяких эмоций.
— Это не совсем то, что мы скрываем. Так что это не было секретом, — пояснил Кирилл с отчужденной полуулыбкой.
Агний ненадолго замешкался, прежде чем кивнуть в знак согласия.
— Видишь ли, мы живем в этом родовом поместье, чтобы держать безопасную изоляцию от человечества. Не все люди добры и милосердны, когда узнают о нашей истинной природе.