Кирилл и Рати тут же вскочили на ноги, напряженность сгустилась в помещении, как туман.
— Посмотрим, как этот "никто" будет наблюдать за тем, как истинный хозяин будет прикасаться к его собственности, как только пожелает. — нашептывает Моран сквозь стиснутые зубы, впиваясь затянутыми в перчатки пальцами в мою шею еще сильнее.
Его ладонь скользит по моим ключицам, задерживаясь на самом вырезе груди.
Вижу, как глаза Кирилла расширяются от ужаса, а лицо Рати переходит в ярость, скулы заостряются.
Внутри меня нарастает ужас и гнев, борющиеся друг с другом. Никто не обращался со мной так раньше. Всю свою жизнь я мирно существовала в своем лесу. Все деревенские знали, что за мной стоит надежная крепость в виде старой ведуньи, и поэтому даже самые вздорные мужики не смели задирать меня. Но сейчас… Я окончательно терялась в этом кипящем потоке насилия и жестокости. В полной беспомощности.
Юргис вдруг хлопнул в ладоши, поднимаясь.
— Что ж, я бы даже заплатил за такое представление! Правда только если бы в нем не фигурировал ты. Моран.
Как ни в чем не бывало рыжеволосый зашагал прочь. Я лишь обратила внимание, насколько побелели костяшки его пальцев в крепко сжатых кулаках.
Возле моего уха послышалось ехидное хмыканье Морана.
— Знаешь… Я подарил тебе это платье. Значит, имею и полное право его снять.
Одним молниеносным движением он распорол верх моего одеяния, и ткань легко поддалась под таким свирепым напором, обнажая мою грудь.
В панике из последних сил я старалась прикрыться остатками лоскутов, но руки тряслись. К счастью, в комплекте с корсетом был легкий лиф.
Сквозь шум разнеслось громогласное рычание.
Подняв голову, вижу громадного бурого волка, вскочившего на стол. Его желтоватые глаза угрожающе сверкали, впиваясь в Морана. От Рати источалась первобытная сила зверя.
Пока волк надвигался на нас, Казимир, на которого все перестали обращать внимание уже давно, сохранял невозмутимость. Он сделал глоток из бокала, и звон льда отозвался в накаленной обстановке. Его покой перед ликом надвигающегося хаоса одновременно обескураживал и завораживал.
— Отлично. Один волчонок уже выдал себя с потрохами. А что насчет тебя, Кирилл? — насмешливо протянул Моран.
Художник взволнованно дернулся и схватился за бинты на ладонях. Не выдержав испытующего взгляда, он виновато потупился в пол.
— Все так же не можешь контролировать свои перевоплощения? Какой же ты убогий! В человеческом обличье — слабак, а в волчьем — и вовсе ничтожество. — прорычал Моран.
Казалось, пространство затягивалось вокруг нас, сами стены свидетельствовали об обострении конфликта между столь могущественными существами.
— Но мне и не нужно видеть, как вы беснуетесь в своей волчьей шкуре. Я и так прекрасно слышу, как колотятся ваши сердца, когда я делаю так… — его ладонь скользит еще ниже по моей груди, останавливаясь на том самом месте, где должна быть его метка.
Рати делает быстрый рывок вперед, но Моран шлепает его прямо по морде, и грозный волк отлетает к стене, обрушивая с нее все полотна.
В ушах зазвучал злобный смех вожака. Рати скорчился у стены, скуля от боли. Его волчья личина рассеялась, и перед глазами предстал совершенно обнаженный юноша, вздрагивающий и беззащитный.
— Не вздумай так лапать прекрасную госпожу, Моран. Я не прощу тебе, если ты обидишь ее. — шепчет Кирилл, делая решительный шаг к нам.
— …Прекрасную? — его пальцы стискивают мои щеки, поворачивая мое лицо к себе. — Как по мне, так весьма посредственная человечка. За свою немалую жизнь встречал куда более симпатичных. Впрочем, у всех нас разные вкусы. Не так ли? И как я вижу, твой, Кирилл, сходится с этим бестолковым мальчишкой. Занятно, правда? И что же вы оба нашли в такой… — Моран цокает языком, но закончить фразу так и не успевает.
От сильнейшего толчка в бок он отшатывается на несколько шагов от меня.
Между мной и Мораном вырос Агний, его высокая осанка заслонила меня от всего. В одной руке он сжимал скальпель, в другой — прядь белых волос.
Рука Морана потянулась к своему затылку, почувствовав нехватку некогда длинных волос, которые теперь едва доставали до плеч. В комнате повисло гробовое молчание, слышалось лишь прерывистое дыхание участников стычки.
— С возвращением, — сухо проговорил Агний, и швырнул к ногам Морана пучок отрезанных волос.
Губы вожака скривились в подобии диковатой улыбки, когда тот взглянул на свои разметавшиеся по полу волосы. Ухмыльнувшись, он равнодушно пожал плечами.
— Весьма забавно. Будь ты не самым старшим в роду, это не сошло бы тебе с рук, Агний. Но не беда, все, что мне нужно было узнать, я уже выяснил.