— Ратиша, — позвал Агний, его тон показался мне крайне серьезным. — Зайди ко мне в кабинет через час. Нам нужно переговорить кое о чем.
Стоило нам отойти дальше по коридору, как Рати прильнул ко мне и заговорщически прошептал на ушко: — Забудь о них. Агний просто жутко ревнует.
Путь к его покоям казался одновременно знакомым и чужим — лабиринтный переход сквозь тени и многочисленные повороты коридоров.
Дойдя до двери, Рати немного помедлил, прежде чем распахнуть ее. Комната была залита приятным светом ламп с зеленоватым отливом и пахла свежестью. На просторной кровати с меховыми одеялами виднелись различные пожитки: беспорядочно разложенные книги, какие-то побрякушки с ярмарки и остатки блинов на тарелке, которые Кирилл приготовил вчера.
— Ты можешь приходить сюда, когда захочешь, Сирин, — протянул Рати, отступая в сторону, чтобы позволить мне войти первой. — Я редко бываю здесь, ибо предпочитаю прогулки на свежем воздухе. Все-таки у меня есть привилегия — когда хочу, тогда и гуляю. А не как эти… Лапти блохастые, по недельному расписанию.
— Что ж, спасибо. — улыбнулась я, изучая преобладающий зеленый цвет в убранстве. — Но к чему мне быть здесь, коли тебя здесь не будет?
Ой, как понравился ему мой ответ! Пряча счастливую улыбку за сжатым кулачком, парень зажег еще несколько свечей.
Устроившись у камина, мы разлеглись на меховом ковре. Рати восседал, скрестив ноги, его голубенькие глазки лучились теплом, а я откинулась на мягкий топчан рядом, закинув ноги на его колени.
— Как насчет игры? — предложила я с легкой игривостью в голосе.
Рати приподнял бровь, заинтригованный и в то же время настороженный.
— Что за игра?
Наклонившись вплотную, я прикоснулась теплым дыханием к его уху, нашептывая условия.
— Игра на твою внимательность. Тебе придется по душе. Но если проиграешь, будешь должен мне одно желание. Уговор?
— …Ну что ж, — неуверенно произнес он, хотя я уже видела, как в нем разгорается искорка азарта. — Уговор.
— У тебя будет целых три попытки. Приступим же, — с довольной ехидцей объявила я, накручивая на пальчик прядь своих волос. — К вам приехала мадам, принесла свой чемодан. В чемодане сто рублей и записка с наставленьем. Вам не велено смеяться, не канючить, и не надуваться. Не говорить ни «да», ни «нет», и не… вожделеть меня. Вы поедете на бал?
Рати нахмурил лоб, осмысливая мои слова, и стало ясно, что он не совсем улавливает суть дела.
— Я… поеду на бал, — неопределенно ответил он.
— А! Запретное слово! — воскликнула я, притворяясь разочарованной. Но это было лишь начало моего коварного плана.
— Сирин, я не понимаю смысла этой игры! Давай сыграем во что-нибудь другое…
— Сперва закончим эту. Что ты наденешь на бал?
— Костюм.
— Он будет белым, словно снег? Или черным, как…
Так и захотелось сказать «как глаза Морона», но я предпочла отбросить мысли об этом чудовище.
— Нет, — живо возразил Рати. — Он будет серым.
— Еще одно недозволенное слово — "нет"! Опять внимательность теряешь!
— Но почему?!
— Тебе сказано было, что говорить «да» и «нет» — недопустимо. Забыл наставления мадам?
Мой смех разлился по покоям, подобно звону серебряных колокольчиков, пока юноша хмурился и дулся.
— Ты проиграл игру, мой милый мальчик.
— Что? Но почему?! Я еще даже ничего не сказал!
— Ты надулся. А ведь мадам просила тебя не смеяться и не надуваться. Очень жаль, Рати, но ты не поедешь на бал.
— …Ну и пусть. Балы — скука смертная!
Видя его милое разочарование, я наклонилась вперед, чтобы мягко поцеловать его в губы — отвлекающий маневр, призванный вывести его из равновесия. И это удалось.
— Мадам дарит тебе еще один шанс. Будь внимателен… — прошептала я, заставляя его покорно опуститься на меха, пока мои руки обнимали его за плечи. — Что, если на балу тебя пригласит на танец какая-нибудь другая мадам? Согласишься?
— Не соглашусь, — твердо заявил он, но потупил взор под моим пристальным взглядом.
— Уверен ли? А что, если она окажется более очаровательной, чем я? — в моем приглушенном голосе звучали нотки соблазна, когда я стала тереться о него, чувствуя, как крепнет подо мной его мужское естество.
— Зачем тебе играть со мной в эту игру, если я уже давно проиграл тебе?.. Последнее наказание мадам я нарушал бесчисленное множество раз еще до начала игры… — пробормотал он с полузакрытыми веками.